— Не поеду я никуда.
— Почему? За что ты здесь держишься? За завод? Так его теперь, после этой финансовой аферы и смерти генерального директора быстро раздербанят.
— Кто?
— Да хищников много найдется. Увидишь, как быстро они налетят. Так и смотрят, чтоб ухватить кусок, который плохо лежит. А если лежит хорошо, так сделают так, чтоб лежал плохо. Все время идет передел собственности. Кто обанкротится, кого застрелят. Так что уносить надо, Сережа, ноги, пока не поздно.
— Нет, я из России никуда не уеду. Я и Алексу так ответил, когда он меня уговаривал.
— Вот все понимают, что надо ехать, уговаривают его. А он самый умный и ничего не хочет слышать. Подумай, Сережа, не делаешь ли ты ошибки.
Глава 26.
Прошло совсем немного времени после того пикника, и предсказания Аркадия начали сбываться. Завод объявили банкротом и назначили арбитражного управляющего. В понимании Сергея арбитражный управляющий должен принимать меры по выводу предприятия из кризиса. Но этот управляющий принимал совсем другие меры. Завод облепили какие-то фирмы-посредники, получающие продукцию по заведомо низким ценам, часто даже ниже себестоимости. Экономическое положение завода еще больше ухудшилось, и он пошел «по рукам».
Его покупала то одна финансовая группа, то другая. Каждая начинала с организации при заводе торгового дома, через который проходило все сырье и готовая продукция. Сырье потом этот торговый дом продавал заводу по завышенной цене, а готовую продукцию покупал по заниженной. Таким образом, завод грабили с двух сторон: на входе и на выходе.
Сергей не мог равнодушно смотреть на этот грабеж и ушел с завода, организовав свою небольшую коммерческую фирму. Работать стало спокойнее, и работал теперь на себя, а не на чей-то торговый дом. Как-то приехав на завод по делам, Сергей в коридоре управления столкнулся с Гольдбергом.
— Здравствуйте, господин Гольдберг! Что, собираетесь, наконец, привести оборудование? — пустил шпильку Сергей.
Гольдберг посмотрел на Сергея с таким видом, будто давно о нем забыл и вдруг вспомнил.
— Здравствуйте, — тихо ответил он и пошел дальше, о чем-то задумавшись.
Сергей презрительно посмотрел ему вслед. Он и не предполагал, чем обернется для него эта встреча…
…Возле городского лесопарка, расположенного между двумя районами города, был хороший продовольственный магазин. Появился он вскоре после развала Союза. Вначале это был небольшой ларек. Держала его предприимчивая дама, работавшая ранее товароведом в одном из магазинов горторга. Она обладала хорошим вкусом и знанием дела. У нее были самые качественные товары в городе. Постепенно помещение достраивалось и стало неплохим магазином. Почти вся городская элита отоваривалась именно там. Магазин стоял немного в стороне от дороги в безлюдном месте, но покупателей, имеющих транспорт, это не смущало. Народ бывал в магазине до самого вечера.
Как-то вечером к магазину подъехал припозднившийся покупатель. Он сделал покупки и собирался уходить, и тут продавщица его окликнула.
— Молодой человек, вы не знаете, чья это машина стоит возле магазина? Она подъехала, когда еще только темнело и вот стоит уже несколько часов. А нам уже закрывать пора. Кто тут за ней смотреть будет, растащат.
Покупатель вышел посмотреть на машину и узнал ее владельца. Это была машина Сергея. Покупатель это хорошо знал, так как часто встречался с Сергеем по работе. Хозяина возле машины не было. Дверка водителя не была заперта. На сидении лежала сумочка с деньгами и документами. Значит, хозяин где-то рядом.
Покупатель огляделся, но вокруг не было ни души. Поблизости начинался лесопарк, может, Сергей ушел туда. Покричал немного вместе с продавщицей, но никто не ответил. Еще раз, осмотрев машину, покупатель обратил внимание на два отверстия: одно в двери водителя и второе в заднем крыле. Это явно были следы от пуль.
— Срочно вызывайте милицию, — крикнул он продавщице.
Всю ночь вели поиск по всей округе, прочесывали лесопарк. Если в машине есть следы от пуль, значит, в Сергея стреляли. Если убили, то труп должен быть где-то рядом. Но с фонариком в такую темную ночь много не увидишь. Если ему удалось убежать, то куда? Ведь во всех возможных местах его нет.