Он отрезал мне палец… Как я теперь буду ходить…?
Рован быстро закрыл рану марлевым бинтом – тот мгновенно окрасился в алый. Жгучий запах спирта ударил в ноздри. Он заранее готовился к этому…
Я дернулась, когда Рован оторвал прядь моих волос. Зрение плыло. Руки всё ещё были связаны. Вырываться уже не было сил.
Он поспешил в гостиную. Огонь понемногу ослабевал. Рован разжал кулак – мой мизинец упал в гущу пламени, где догорали остатки формы первого копа. Потом туда же он бросил прядь волос с остатками обгоревшей одежды.
Я размазывала слёзы по лицу, не сразу поняв, что именно Рован делает. Его руки дрожали – не от раскаяния. От адреналина.
Бинт быстро пропитался алым. Тогда Рован достал складной нож, раскрыл его и зажёг зажигалкой.
Я наблюдала за собой со стороны – как будто всё происходило не со мной.
– Это будет больно, – предупредил почти мягко, прижимая раскалённое лезвие к культе. – Потерпи немного, маленькая моя.
Рован снова заткнул мне рот тряпкой. Горло сорвал животный вопль. Запах горелой плоти стоял в воздухе. Наконец он убрал нож – кровотечение прекратилось.
Шприц Рован достал из потёртого кейса. Внутри – мутноватая жидкость.
– Морфин из военных запасов, – пояснил он, протирая мне бедро спиртом. – С примесью диазепама. Ты уснёшь, а проснёшься… совсем в другом месте.
Игла вошла резко. Сначала – ледяная волна по вене. Потом – странное спокойствие. Я пыталась сосредоточиться на лице Рована, но черты расплывались.
– Они будут искать твой труп… А мы с тобой будем уже за сто миль отсюда.
Последнее, что я осознала – его руку под моей головой, переворачивающую на бок. Грубые пальцы нащупали пульс на шее.
– Дыши, Виви. Только дыши, – голос Рована звучал искажённо, будто из-под воды.
Темнота накатывала волнами. Где-то в этом мраке его пальцы продолжали считать удары моего сердца, пока сознание не растворилось окончательно.
Глава 6. Клетка
Тьма. Давящая, беспросветная. Когда дверь отворилась, вместе с ней выглянула и узкая дорожка света. Я зажмурилась – всё вокруг казалось слишком ярким, нереальным.
Пить… Во рту было невыносимо сухо. Пульсирующая боль в культе пальца волнами пронзала тело.
Высокий силуэт на секунду замер в дверном проёме, а потом подошёл ко мне. Меня пробрала резкая дрожь. Я бы предпочла смерть. Любую. Только не его.
– Ты проспала почти сутки. Я начал переживать, – процедил Рован, опускаясь возле кровати.
Увидела в его руке стакан. Рован протянул его мне, заботливо помогая привстать. У меня не было сил сопротивляться.
– Просто вода, – бросил он, заметив мою медлительность.
– Лучше бы там был яд, – хрипло выдавила я, принимая стакан.
Прикрыла глаза, когда прохладная жидкость скользнула по горлу. Опустошила стакан за считанные секунды.
Рован забрал его из моих рук. Я не смогла сдержать отвращения, когда наши пальцы случайно соприкоснулись. Перед глазами всплыл топор. Кровавые брызги на его лице… Меня передёрнуло.
Это не ускользнуло от внимания Рована, но он лишь заботливо спросил:
– Как ты себя чувствуешь?
Некоторое время я сидела, вглядываясь в одну точку, а потом из губ вырвался тихий смешок. На лице Рована не шелохнулся ни один мускул, когда я истерически засмеялась.
Боль запульсировала сильнее, у меня закружилась голова. В глазах стояли слёзы. Я попыталась закрыть лицо ладонями – только сейчас заметила, что запястья были перевязаны верёвками к кровати. Они были достаточно длинными, чтобы двигаться, но не позволяли встать.
– Очень болит нога… – я старалась говорить спокойно, насколько это вообще было возможно.
Но слова застревали в горле. Попыталась подавить панику, судорожно вспоминая, что некоторых убийц это может раздражать. Но мои дрожащие ноги не остались незамеченными.
Может, получится сбежать? На улице же есть люди? Кто-то наверняка должен помочь мне…
Рован осторожно коснулся моей ладони, и я вздрогнула от ужаса. К горлу подступила тошнота, но, вопреки всему, заставила себя оставить руку на месте. Только бы не злить его…