- Под балконом что ли ? – затянувшись и выпустив дымок, заставляет следить за его губами. Я усилено давлю приток горечи на языке, - Блядь, Лик, свет включи и покажи где ты, – набирает тембром оборот.
Проверив надежность засова, кое - как отползаю. Перевожу обзор с фронтальной камеры и щелкаю выключатель.
Сашу кто-то зовет, он отвлекается.
- Скай, сколько можно курить. Девушка скучает, а ты по телефону треплешься, – пальцы с маникюром, цвета ядовитой фуксии, гладят его по плечу. У меня по всему организму квантовые скачки , дробят на единицы нервы.
- Ксюх, пару минут и подойду, – она ведет ладонью по шее, зарываясь в его волосы.
Вот стерва! Я себе такого не позволяла, пока мы встречались. Он провожает ее долгим взглядом. Злость клокочет внутри. Сжимаю кулаки и считаю до десяти. Как бы я хотела сейчас, показательно сбросить звонок, но у него тупо есть на меня компромат. И при желании, даже не напрягаясь, отправит в тюрьму.
Когда его внимание возвращается, мотаю камерой по квартире тети Зины.
- Убедился? – мурлычу и молюсь о наличии у Саши невнимательности к интерьеру советских времен.
На повороте резко оступившись, падаю в кресло. Барахтаюсь с успехом утопленника, задеваю объективом окно. Мне из –за углубления и упавшей накидки не видно, что там происходит.
- Скворцова, хули у тебя на балконе, делает голый педик с трусами!!! – разъяренно рычит мой динамик.
Поднимаю голову повыше. Извращенец Рытников прислонившись к стеклу, демонстративно нюхает мои трусики. Саша, даже не смотря на плохое разрешение китайского девайса, это наблюдает.
Повисает гнетущая тишина. У меня настолько сводит мышцы, что парализовано продолжаю держать телефон в том же положении. Дебилоид напротив, изгаляется над моим бельем. Лучшего вечера, просто не придумаешь.
Не было бы так мерзко, съехидничала, что надзорного моя личная жизнь не касается. Шокировано теряюсь и сбрасываю вызов.
Это невезение закончится когда – нибудь?
Глава 16
Пристраиваю поверх кресла еще один стул, помимо журнального столика. Вся эта куча мебели до половины скрывает балконную дверь.
Я, натянув халат тети Зины, в стойке супергероя с пометкой «пятьдесят плюс» как в возрасте, так и в размере, подхватываю швабру и держу попрек. В случае проникновения - без боя не сдамся.
Крысиная морда – Рытников заблокировал входную дверь. Чем подпер неизвестно. Слышала, как скребся, подбирая ключи из связки. Нужный, я разумно прячу в серванте под фарфоровым слоником вместе с заначкой. Владленович не гнушается воровством.
Помощи ждать неоткуда. Остается уповать на то, что ему это скоро надоест. Рамы сотрясаются, когда он пытается выбить стекло. Силенок у него не особо. Разбегается, толкается. Трет плечо и по - новой.
Позавидовала бы его настырности, если б не было так страшно. Я не чувствую себя здесь в безопасности. Телефон надрывается голосом Вали Карнавал. Любимый «Тихий гимн» нервирует, до колючих звездочек в глазах. Отвлечься и глянуть, кто так настойчиво не дает, мобильному оператору перекурить, я не рискую.
Пластик упорно держит оборону. Кошки, выстроившись позади меня, шипят и подпрыгивают с поднятой шерстью при каждом ударе. Их командный дух вселяет уверенности, что армия пушистых поклонниц вступится и расцарапает рожу подлецу.
Все идеи, летящие в мою голову, растворяются, еще до момента воплощения. Что я могу? ЧТО Я МОГУ?
- Нет. Нет. Нет, - встревожено брякаю и выглядываю.
Костик отходит. Лучше стой на месте, чтоб я тебя видела.
Кто же знает, на что он способен. Например: Поджечь газеты и выкуривать меня. Может это и слишком, но у страха глаза велики. Мои же размером с блюдца, причем не чайные, а те, что для нарезки.
Скрывшись, из поля зрения на пять минут. Я успеваю только пискнуть, сделать глубокий вдох, а потом разочаровано выпустить воздух с громким пшиком.Рытников возвращается, победоносно размахивая ножом и отверткой.
Я превращаюсь в сплошное ухо. Он поддевает пластиковую крышку и начинает, что-то там ковырять. Лезвие сверкает в образовавшемся проеме. Прихлебывая трясущимися губами кислородные пары, неотрывно слежу.
Твою мыыышь!! – голосовые связки дрожат, выбрасывая каждую букву.
Героини в аналогичных фильмах, которые стоят и тупят. Всех раздражают. Я и сама, как диванный суфлер, активно подсказываю. Ну чего ты стоишь. Ткни его палкой. Облей кипятком. Не знаю, что там еще. Сделай же хоть что - нибудь. Вместо этого, шлю бессмысленные запросы во вселенную.
Пусть он окажется рукожо….не очень умелым по хозяйству.
Остаются доли секунды, как он ворвется.
Щелчок затвора звучит одновременно с дверным звонком. Костик, все - таки просунув руку, толкает мебельную инсталляцию. Размахнувшись, ударяю его деревянным черенком и отбиваю верхнюю фалангу пальцев.. Путь они распухнут так сильно, что не войдут в проем.
- Пришибу падла!!! – орет Рытников во всю глотку и вытаскивает пальцы из щелки. Ага, как же. В следующий раз. Сегодня надругательство отменяется.
Срываюсь на бег. В открытую дверь восхищенно ахаю и на расслабленных конечностях, падаю в руки патрульному. Сердечко на сверхоборотах раздает удары в гонг. Продавливает по телу волнообразные шумы. От раскатистого эхо слизятся глаза и звон ушах. Переносицу ломит от сотрясающей пульсации в висках.
Чип и Дейл вовремя пришли на помощь. У меня, не возникает никаких сомнений, что именно Саша прислал двух доблестных полицейских, чтобы спасти золушку от домогательств злобного гоблина.
- Очаровательная леди, мне безумно приятна такая теплая встреча, – открыто угорает темноволосый, которого я мысленно окрестила Чип, – На вас, соседи снизу жалуются. Шумите, гражданка, в неположенное время.
- Простите, но тут один придурок возомнил.. – и вот, этот самый придурок вываливается из нашей квартиры.
- Пацаны, че за шмон? Мы тут с девушкой немного повздорили. Шуметь больше не будем, так и передайте нижним, – достает из кармана пятитысячную купюру и запихивает Дейлу в нагрудный карман.
Ох, как плохо - то. Меня начинает качать от дурноты .
Это выше всех границ чаши терпения. Своим деревянным копьем ударяю ему в живот. Рытников гнется пополам. Разогреваюсь как самовар на дровах и бью. Еще и еще. По голове, по спине и даже, один раз по носу, который мерзко принюхивался к моим трусикам.
- Эй-эй –эй, ты чего! Бешеная, уймись, - приструняют воинственный порыв, что идет из глубины души за все прошлые обиды.
Прежде чем я успеваю, вставить хоть слово. Меня совсем не деликатно прижимают к стене и вяжут наручниками.
- Парень ты как? – анти Чип помогает Костику подняться.
- Здесь я пострадавшая сторона, – говорю в замешательстве. Кто-то бы еще слушал мои оправдания.
Да и смысл? Метаться от одного к другому доказывая свою правоту? Не поверят же. Документ номиналом в пять тысяч достаточно убедителен.
Рытников начинает придуриваться, держится за живот. Натурально так хрипит, будто я его насквозь проколола. От его заплывшего глаза и опухшего уха, во мне стартует триумф отмщения. Но тут же резко сдает по тормозам. Мозг, как кухонный комбайн, перемалывает в фарш все мысли. И если суммировать их и округлить. Мне конец. В любом случае.
- Вот видите квартиру разнесла…пальцы мне утюгом отбила, – машет предъявляя полученные побои, - А все из-за чего. Телефон ей подавай, как у подруги. Я говорю ночь, давай завтра… - «мужественно» всхлипывает и тулится к косяку. Посматривает на меня и незаметно ухмыляется, – А я ж люблю ее дуру, на все готов, – слышу это и чуть не давлюсь подкатившей желчью, кровь приливает к щекам.
Обидно до слез. Срабатывает стандартная серая схема. Кто платит за банкет - тот и заказывает музыку.