Либо, с достоинством высиживаю до конца, при этом похоронив себя заживо под камнепадом множества предположений.
Почему она?
Сколько ее вещей в его квартире?
Ведь это я - зацеловывала его ресницы. Это я - обожествляла каждую его частичку. Это я - отдала ему все, что у меня было.
А она?
Чем она заслужила, быть сейчас рядом с ним?
Маскируя обуревающую панику, слишком поспешно разворачиваюсь к девчонкам. Алиса как раз в этот момент подает мне апельсиновый сок. Толкаю ее плечом. Удержав стакан, проливает лишь несколько капель мне на кисть.
Копаюсь в рюкзаке в поисках влажных салфеток и задеваю пальцами острый край блистера от таблеток. Слабительное. Тетя Зина просила меня купить по дороге в круглосуточной аптеке. Отравленная кровь, моментно закипает горьким ядом.
Месть – отрава для отчаявшихся. Мне она по вкусу.
В моем блюде неразделенной любви, именно этой сладкой начинки и не хватает.
Много улыбаться вредно. Зайкиной не помешает, немного расслабиться или расстроиться вместе с ее желудком, который явно не переваривает мое присутствие.
Она скоро Саше на шею запрыгнет, доказывая как у них все чудесно. Ночь у нее намечается чудесная. Да, я плохая. Можно даже сказать - отвратительная, но мне не стыдно.
Бодро подхватываюсь.
- Ты куда ? - интересуется Алиса.
- Фисташки закажу, – испытав безумный прилив адреналина в крови, унимаю мелкую дрожь по позвоночнику.
Пробежавшись глазами по барной карте, делаю свой выбор в пользу говорящего напитка «Стрела Амура».
Жду, пока бармен смешает, а потом отвлекаю его внимание своим заказом и незаметно кидаю две пробивных таблеточки в стакан. Интенсивно размешиваю.
Организм же у всех разный, вдруг с одной не сработает. Благо, что пилюли не из тех твердо спресованых, что долго расстворяются. Шипучки тают, образуя по краям фужера тонкую пенку. Сбиваю их соломинкой. И все. Как ничего и не было.
Немного помявшись, прошу отнести свой «сюрприз» от имени Прокофьева, а так же отметить говорящее название, и подать пойло не ранее чем, через пять минут, после моего ухода.
- Если есть кольцо, можно его в стакан кинуть, – предлагает бармен.
- Не знаю. Меня просили только с напитком помочь, – этого еще не хватало. В голове перегорает последняя вспышка сомнений.
Конечно, будет. Только не кольцо, а ободок унитаза. Анюта проведет восхитительную ночь, корчась в спазмах, но уж точно не в Сашиных объятиях – злорадно подсказывает мое альтер - эго.
- Скажу группе, они что-нибудь романтичное наиграют, – продолжает настаивать инициативный парень. Чтобы не спалиться, делаю знак, что это то, что нужно. Саша перед сексом обожает долгие прелюдии, но получит пшик и жесткий облом.
Возвращаюсь к подругам уже частично удовлетворенной. Хмурю брови и включаюсь в разговор, окружая себя видимостью непринужденности. Вовлечься полностью не успеваю.
Во - первых, приносят мой заказ, то есть бомбу замедленного действия. Зайкина чуть слюной не давится от эмоций, когда официантка ставит перед ней бокал и на ухо поясняет от кого он.
Во – вторых, бармен, перестаравшись, дает музыкантам неправильную информацию. Девушка – солистка в микрофон оповещает весь бар о том, что кому-то светит предложение. Объявляет белый танец, под одноименный кавер Mr. CREDO в ее исполнении.
Решив провернуть свою маленькую пакость, я совсем не рассчитывала на такой размах. И тут же с ужасом представляю. Я только что сыграла Ане на руку.
Зайкина 6 : 0 Лика. Вот таков наш счет.
Ну и что прикажете делать?
Заорать на весь зал?
Пей уже быстрей, и не к столу будет сказано, обоср…
Зайкина пьет. Выцеживает «любовное зелье» за секунду. А вот продолжение настораживает. Сдернув зубами вишенку со шпажки, приглашает Сашу на танец.
Он выдерживает паузу, вместо того чтобы вести даму, что-то говорит Антону Савельеву, своему напарнику по службе. Он единственный из их пятерки кого я знаю. Тот, бросив короткий взгляд в мою сторону, поднимается.
Дальше я не смотрю. Видеть, как Саша и Хуанита путаются в танце - выше крепости моих сосудов. Разрыв аорты тут неизбежен.
Сижу. Еле дышу. Бурлю. Убиваю и расчленяю.
- Можно тебя пригласить? – пролетает над ухом. Тяжело сглатываю и поднимаю глаза на парня. Антон покровительственно сжимает мою ладонь и как бы торопит.
Даю положительный ответ, хотя в душе все полыхает отрицанием. Бездействие же вовсе, палит внутренности синим пламенем . Невольно двигаюсь вслед за ним. Иду как на заклание. Может, даже в обморок грохнусь. Внедрюсь в атмосферу, где Саша с другой. Услышу нежность в его интонациях и упаду замертво.
Как –то я сдулась, что ли.
Инертно позволяю себя обнять и кружить. Танцующих совсем немного. Четыре пары, включая две наших. По тому, как землетрясение увеличивает свою амплитуду, определяю приближение к Саше.
Антон, молча делает реверанс, и непредсказуемо выхватывает Зайкину у Саши из рук. Он без промедления меняет меня, как партнера. Тоскливо оглядываюсь на сводника или пособника договеренности. Зайкина сопротивляется и верещит. Парни согласовано расходятся в разные стороны. Я, откровенно растерявшись, теряю все двигательные навыки. Давлю ладони в рубашку, чтобы не упасть и подстраиваюсь в ритм.
- Поздно смущаться, Киса. Меня этим уже не обманешь, – растянутая хрипотца в Сашином голосе перекрывает даже рев динамиков поблизости.
Силюсь вырваться. Но куда мне. Против Саши, в своих метр шетьдесят пять, я – несчастная полторашка.
Его тело обычным образом выпускает свои феромоны и подавляет мою волю. Проклиная природу, одарившую Сашу особо привлекательным химическим составом, наслаждаюсь. Успокаиваюсь.
Ощущаю, как колышутся мои распущенные волосы от его дыхания. Аритмичного. Неспокойного. Жаркими порывами, опаляющими макушку и висок. Сердце превращается в пульсирующее месиво. Стучит повсюду и передает дрожь. В пальцы. Колени. В каждый участок, что соприкасается с ним.
- Чего ты хочешь? – раздаюсь возмущенным шелестом и торможу возбужденный всхлип.
- Того же, что и ты, – произносит с улыбкой только на губах, в его зрачках плескается атлантический шторм то ли похоти, то ли злобы. Горит неразличимыми эмоциями ослепительно ярко. Накрывает и зарождает во мне, ту же бурю. Прошелся по моей шее, а после резко сжал подбородок и запрокинул мою голову.
- А как же…- вопрос так и остается незавершенным.
Саша целует. С пылкостью и беспощадно. Он достоин моего презрения, но вместо этого, выворачивает, всего лишь одним поцелуем, весь бурлящий поток удовольствия. Затягивает между нами временные петли и откидывает в прошлое. Алгоритмично отключаюсь от внешнего мира и погружаюсь в разноцветные грезы.
Мне плевать, что Аня, и в особенности Костик, все видят. Ничего хорошего это не сулит. Плевать. Выкраду у неба несколько минут. Дальше будь, что будет.
Глава 35
Сегодня солнце зашло за тучи,
Сегодня волны бьют так больно,
Я видел, как умирала надежда Ямайки - Моя душа плачет.
Зачем ты стучишь в мои барабаны,
Зачем ты танцуешь под мои барабаны,
Зачем ты поешь мою песню? Мне и так больно.
Какая боль, какая боль: Аргентина - Ямайка 5:0.
Какая боль, какая боль: Аргентина - Ямайка 5:0.
( Чайф - Аргентина - Ямайка 5:0)
Все случается слишком быстро. Поцелуй за поцелуем, и я лишаюсь всех возможностей одуматься.
Саша целенаправленно ведет меня по узкому коридору к местам общего пользования. Гасит мелкие проблески здравомыслия, вдавливая в стену и напористо накачивая грехом через губы.
Треугольник вершиной вверх. Рядом другой вершиной вниз. Определяю, да и то смазано, как мы вваливаемся в женскую уборную.