Он готов был создать для неё все условия. Ахаз уже изучил Мэюми и знал, что ей предложить, но, судя по отчетам секретаря, у нее кое-кто появился, и этот кое-кто может доставить проблем, но оттого цель лишь заманчивее, придется действовать осторожнее, придержать свои желания и заманить девчонку, создав нужные ему обстоятельства.
Судя по растерянному лицу, наивное создание все прослушало и теперь искало возможность это скрыть. Ну что ж, он не против протянуть руку помощи.
- Я видел одну из ваших работ на выставке и примерно то же самое хотел бы повесить в своем доме.
Судя по тому, как облегченно она выдохнула, видимо наконец поняла, о чем примерно идет речь, и активно закивала головой. Выудить номер телефона оказалось делом техники, тем более тот у Ахаза и так есть, но теперь не возникнет вопросов, откуда он у него. Обсудив еще некоторые детали заказа, Ахаз поуговаривал отнекивающуюся Мэй что-нибудь покушать посущественнее какао, но та, встревоженно поглядывая на старомодные часы на запястье, явно нервничала и рвалась домой, потому, не став настаивать, мужчина оплатил счет и предложил проводить её до порога.
Мэюми пробил холодный пот, когда она поняла, что настырный прилипала собирается пройтись с ней до дома, а в их квартале теперь постоянно дежурит патрульная машина, понятно, благодаря кому, но проблема решилась до того, как Мэй успела запаниковать. Стоило им выйти из кафе, как перед растерянной парочкой предстала не самая приятная, но вполне обычная картина: шикарное авто мужчины уже погрузили на эвакуатор и, судя по машине патрульной службы рядом, отправили на штрафстоянку.
- Что происходит?!
Ахаз был явно в ярости, но сдерживал себя рядом с Мэй. К ним развернулся рыжий смутно знакомый патрульный и, окинув их равнодушным взглядом, отчеканил пункт нарушения и последствия.
- Мэюми, боюсь, у меня не выйдет вас проводить. Извините.
Несмотря на нахлынувшую ярость, мужчина выдавил для Мэй улыбку и, подхватив ее ладошку, поцеловал в запястье. Рен тоже порой так делал, и происходило это в моменты особой духовной близости. Мэй выдернула руку и, поспешно попрощавшись, рванула вдоль улицы, на ходу доставая влажные салфетки и начиная оттирать запястье от чужого запаха, явно намеренно оставленного.
Летела Мэй, как всегда, на больших скоростях, никого не замечая, потому, когда в одном из кварталов её обхватили за талию и дернули в сторону, Мэюми так перепугалась, что заголосила на всю округу, попутно молотя "напавшего" куда придется локтями, пятками и кулаками. Почуяв знакомый запах Мэй, наконец услышала, что ей говорят и обмякла в объятиях Рена.
- Прости, что напугал, котенок. - Рен расслабил руки, давая возможность Мэюми одернуть задравшуюся одежду. - Если бы я не видел, как ты трешь запястье, то подумал бы, что ты себе нашла еще одного альфу.
- Я тебе не потаскуха! - Мэй вырвалась из объятий и обиженно отошла в сторону.
Постепенно её накрыло откатом от испуга, да и давало о себе знать нервное напряжение последних часов, одной из причин которых был Рен. Только воюющих вокруг нее мужчин Мэюми и не хватало для полного счастья в её спокойной и прекрасной жизни, которую она себе распланировала, как только очнулась в этом теле.
- И часто ты подкарауливаешь девушек по подворотням?
- О, еще бы пять минут, и я бы не караулил тебя по подворотням, а присоединился к вашему милому воркованию в кафе!
Судя по прищуренным глазам и напряженным плечам, Рен был в бешенстве. Мэюми сначала испугалась, а потом разозлилась сильнее, чем испугалась, не так она себе представляла свою новую жизнь и уж тем более не планировала оправдываться. Она и так весь вечер думала, как сделать, чтобы Рена не задела эта нелепая ситуация.
- Но я сдержал себя, чтобы не поставить тебя в неловкое положение!
- Спасибо за одолжение! - Рассвирепевшая Мэй выдернула из рук Рена свой рюкзак и, швырнув влажную салфетку в урну, развернулась, хлестнув Рена по мордасам собранными в хвост волосами, и, чеканя шаг, направилась домой.
Рен шумно выдохнул и направился следом, в голове прикидывая варианты, как отвадить прилипшего к Мэюми ублюдка. У самого подъезда Рен нагнал разгневанную девушку, подхватил её на руки и, не слушая разъяренного шипения, закинул себе на плечо.