— Я просто почувствовала, что ты где-то рядом, и пришла вот… — пояснило это беспечное, наивное как дитя недоразумение.
— Почему ты не уснула? — Рен погладил по щеке осоловело хлопающую глазами девушку. — Уже утро.
— Не спалось без тебя. Ты нервничаешь. Я чувствовала.
Рен скептически хмыкнул, знает он эту женскую экстрасенсорику, та включается у них исключительно когда не надо. Мэй задрала руки вперед, показывая, что готова забраться на ручки. Господи, ну как на неё злиться?
Подхватив свое недоразумение на руки, Рен погладил ее по спинке и пошел в квартиру. Дверь, конечно же, была нараспашку. Рен вошел внутрь и, не дав спуститься с рук завозившейся Мэюми, прошел в зал, забрал из плетеной корзиночки связку ключей и коммуникатор Мэй с зарядкой, запихнул это все в карман, выключил свет и направился с заволновавшейся ношей на улицу.
— Эй! Эй! — Мэй попыталась вырваться. — Ты куда?!
— Мы едем ко мне, и это не обсуждается! — Рен посмотрел на девушку так, что та растеряла весь свой вспыхнувший воинственный запал.
— Но ты же обещал, что побудем тут пару дней! — Нижняя губа Мэюми обиженно затряслась, а вот этого Рен не любил. Это против правил и сразу в под дых.
— Прости, малыш, обстоятельства изменились. На меня сейчас даже слезы твои не подействуют.
Губа недовольно поджалась, перестав трястись, а глаза слишком быстро высохли. Рен знал, что девушки просто мастера слезных мелодрам, но, кроме Мэй, никто намеренно не доводил это свое качество до абсурда. Мэюми могла показательно устроить слезный водопад, когда очевидно, что все это спектакль для одного зрителя и затеян с конкретной целью, но даже при всем этом понимании сделать ничего нельзя, потому что пьеса завершится только тогда, когда шантажист своего добьется.
— Дай мне хоть вещи собрать! Я и так всю неделю в твоих шортах проходила! — возмутилась Мэй, вновь предпринимая попытку слезть с рук.
— Ты в них бесподобна.
— Бесспорно, — высокомерно вздернув нос, согласилась Мэй. — Но хотелось бы все же нормальную одежду носить.
— Я ведь тебе кучу белья накупил, — не сдавался Рен, чья улыбка становилась все шире.
— Ну конечно! Все что купил ты же и снимаешь с меня, как только я это полупрозрачное нечто на себя надеваю!
Рен ухмыльнулся, притянул Мэюми ближе и, аккуратно цапнув её за мочку уха, прошептал:
— Думаешь, твой растянутый костюм с зайчатами меня отпугнет? Даже не надейся.
Мэй захихикала, закрываясь плечом от щекотки, и, наконец выкрутившись из рук, рванула в спальню собирать вещи. В течение часа в прихожую выволокли, кажется, все содержимое квартирки, включая маленькую мастерскую. Рен носил по одному пакету в машину, позволяя Мэй не спеша собраться, тем более тенденция позитивная. Раз она столько вещей собирает, значит, выше вероятность, что Мэй переберется в его берлогу окончательно.
Вернувшись в очередной раз в квартиру, Рен застал задумчивую Мэюми за разглядыванием сумочек, размер которых позволял разве что ключи туда запихнуть и коммуникатор, минодьер, кажется, Мэй их называла. Этого добра у неё было такое количество, что, если запихнуть в каждую все содержимое её квартиры, парочка сумочек точно останется пустой. Потоптавшись в прихожей, Рен ушел на кухню, заварил себе чай, съел все блины и одну капустную котлету, как раз к этому времени Мэй определилась с сумками.
Повесив на плечо все пять, Мэй подошла к сытому и подобревшему Рену, знакомо задрала лапки в ожидании, когда её возьмут на ручки, и, как только задуманное свершилось, положила Рену голову на плечо, бессовестно отключаясь. На руках у Рена было хорошо и спокойно, не то что в холодной одинокой постели, где она сегодня так и не смогла уснуть.
9
У Рена, прожившего три десятка лет, так сложилось, что он никогда не жил с девушками. Он строил карьеру, мотался по командировкам, потому самым прилипчивым сразу объяснял, что они могут не рассчитывать на постоянные отношения, которые закончатся браком, — это не для него. Да и просто не было на это все времени, работа съедала большую часть жизни, потому не имело смысла тратить ее остаток на скандалы с подругой, уставшей ждать его со службы, но как-то так вышло, что за последние несколько лет обстановка изменилась, и он осел в столице на постоянной должности. Работы, как и прежде, меньше не стало, но за плечами был уже опыт, неплохие навыки, потому времени стало больше и именно сейчас появилась его Мэюми. Будто сама судьба время подгадала.