Нельзя сказать, что русские партии в Украине состояли исключительно из русских. Немало русифицированных и даже национально сознательных украинцев входили в партии кадетов и эсеров, считая, что в них можно наиболее эффективно бороться с царизмом. Многие «малороссы» участвовали даже в деятельности ультранационалистических, антиукраинских организаций, соревнуясь с русскими в демонстрации своей лояльности к царю и ненависти к его врагам.
Отношение русских и неукраинских партий к украинскому движению было неоднозначным. Социалисты-революционеры как сторонники децентрализации если и не поддерживали устремления украинцев, то относились к ним с пониманием. Польские социалисты и особенно сионисты и Бунд, разделявшие с украинцами стремление к автономии и защите культурных прав, часто сотрудничали с украинскими группами. В то же время марксисты и особенно большевики — в тех редких случаях, когда они вообще обращались к национальному вопросу — не всегда успешно справлялись со своим неприятием украинских «сепаратистских» тенденций.
Украинские политические партии
Политический подъем 1890-х — начала 1990-х, охвативший русский и другие народы империи, не обошел и украинцев. С одной стороны, их активность была ответом на репрессии 1880-х годов, с другой — она была вызвана вдохновляющим примером русских радикалов с их динамизмом и свежими идеями. Не менее важным стимулом стало появление нового поколения украинских деятелей, уже не испытывавших колебаний по поводу своего национального «Я», с гордостью именовавших себя «сознательными украинцами» и воинственно выступавших в защиту национальных прав, политической свободы и социальной справедливости для своего народа.
Это поколение «новых» украинцев в большинстве своем складывалось в гимназической и университетской среде: здесь устанавливались личные связи и развивались идеи, ведущие к противостоянию с царизмом. Путь молодых людей в украинское движение — хорошо известный сюжет. Поначалу молодой человек попадал под влияние «подрывных» идей в гимназии, где либеральный учитель или старшие товарищи знакомили его с контрабандными изданиями и вовлекали в деятельность тайного дискуссионного кружка. Уже в университете он вступал в студенческую громаду; некоторые из них, например в Киеве и Петербурге, насчитывали сотни членов. Состоя в громаде, студент входил в обстановку идеологических дискуссий, знакомился с известными деятелями и часто принимал участие в нелегальной деятельности (обычно это было издание и распространение антицаристской литературы).
Радикализация студенчества углублялась в ходе его конфликтов с правительством. Например, в 1901 г. оно насильно отдало в солдаты 183-х студентов-активистов Киевского университета. Это привело к массовым студенческим забастовкам солидарности и новым исключениям студентов, после чего многие из них окончательно становились на путь революционной борьбы. Разумеется, основная масса студентов вообще не участвовала в политической деятельности или оставляла ее до окончания учебы. Тем не менее почти все украинские политические лидеры в свое время были известны именно как студенческие активисты и являлись членами студенческих громад, служивших своеобразным первичным строительным материалом для украинских политических организаций.
Организационный дебют этих молодых «сознательных» украинцев состоялся в 1891 г., когда группа студентов, возглавляемая Иваном Липой, Борисом Гринченко и Миколой Михновским, собралась на могиле Тараса Шевченко и основала «Братство тарасівців». Обеспокоенные тем, что лучшая украинская молодежь уходит в русские революционные организации, деятели братства решили превратить украинское движение в серьезную альтернативу русскому радикализму и русской культуре в целом. Они установили связи со студенческими группами в Киеве, Одессе, Полтаве и Чернигове, содействовали организации лекций, постановке пьес, устройству праздников в честь Т. Шевченко. Некоторые члены этих групп присоединились к издательскому обществу, включавшему почти 80 членов, в основном учителей начальных школ, которое занималось распространением украинской литературы среди студентов и крестьян. Липа и его товарищи также призывали украинских писателей следовать в своих произведениях европейским, а не русским образцам.