Отдельные армии монголо-татар никогда не были слишком многочисленными — они не превышали 120—140 тыс. человек. Зато они были чрезвычайно подвижны и хорошо организованы, а их военные операции были разработаны и продуманы блестяще. Сначала монголо-татары покорили Китай, Центральную Азию и Иран. В 1222 г. их отряд перешел Кавказ и напал на половцев. Половецкий хан Кобяк обратился за помощью к Руси. Некоторые князья откликнулись ца его призыв. В 1223 г. у р. Калки соединенные силы русичей и половцев встретили монголо-татар и в жестокой битве потерпели сокрушительное поражение. Но захватчики, которые слишком далеко оторвались от основных своих сил, не решились воспользоваться плодами победы и повернули на родину. А князья быстро забыли преподанный им урок и вернулись к династическим распрям.
Но уже в 1237 г. мощная монголо-татарская армия появилась на границах Руси. Ее вел Батый, внук Чингисхана.
Огнем и мечом прошли татары по северо-восточным городам, уничтожив Рязань, Суздаль и Владимир. В 1240 г. они пришли в Киев.
Киевский князь Михайло бежал. Но галицкий князь Данило прислал своего воеводу. Звали его Дмитро. Он и повел в битву тех киевлян, кто решил дать отпор завоевателям. Осада была долгой и жестокой. Даже когда монголо-татары прорвались за стены города, бои шли за каждую улицу и каждый дом. В начале декабря 1240 г. Киев пал.
Специалисты часто делят политическую историю Киевской Руси на три периода.
Первый занимает почти столетие — с 882 г., когда Олег сел на киевский престол, до гибели Святослава в 972 г. Его называют начальным периодом или периодом быстрой экспансии. Воспользовавшись стратегическими выгодами местоположения Киева, варяжские князья превратили его в свою главную базу на пути «в греки». Они установили контроль не только над днепровской торговой артерией (в то время имевшей поистине «глобальное» значение), но и над восточнославянскими племенами, а всех своих основных соперников за господство в этом регионе устранили с исторической арены. Так создалось обширное политико-экономическое объединение, которое было не только готово, но и способно бросить перчатку могущественной Византийской империи.
Второй период охватывает правление Володимира Святого (980—1015) и Ярослава Мудрого (1036—1054). Это период консолидации. Территориальные завоевания в основном окончены. Киевская Русь находится на вершине политического могущества, стабильности, экономического и культурного расцвета. Экспансионизм предшествующего периода уступает место заботе о внутреннем развитии, о благосостоянии подданных. Состав населения становится более пестрым, а формы общественной жизни — более сложными. Четко формулируются законы, крепнет правосознание, устанавливаются более или менее незыблемые порядки. И самое главное: с введением христианства все это получает необходимое выражение средствами совершенно новой для Руси культуры, изменившей все мировоззрение людей.
Непрестанные и разрушительные междоусобные распри — основная примета последнего периода истории Киевской Руси. Возрастающая угроза вторжения кочевников и экономический застой приближают дело к развязке. Некоторые историки пытаются доказать, что все эти несчастья были налицо уже вскоре после смерти Ярослава в 1054 г. Другие усматривают начало конца лишь в событиях, последовавших за периодом правления последних великих киевских князей, обладавших реальной властью,— Володимира Мономаха (1113—1125) и сына его Мстислава (1125—1132). Во всяком случае, к 1169 г., когда суздальский князь Андрей Боголюбский захватил и разрушил Киев, а потом вернулся домой вместо того, чтобы любой ценой удержать древнюю столицу, становится ясно, что ее политико-экономическое значение упало почти до нуля. Окончательное разрушение Киева монголами в 1240 г. поставило трагическую точку в киевском периоде истории Украины.
2. ОБЩЕСТВО И КУЛЬТУРА КИЕВСКОЙ РУСИ
Так чем же все-таки была Киевская Русь, если говорить о формах ее политической организации?
Проще сказать, чем она не была.
Она не была государством в современном смысле этого слова. Рассматривать ее как таковое значило бы приписывать ей гораздо более высокую степень политической организации, чем она имела на самом деле. Не было на Руси ни централизованного управления, ни всеохватывающей и специализированной бюрократической системы.