Другой эксперимент оказался довольно неожиданным и весьма сомнительным: предполагалось засеять кукурузой территорию около 28 млн гектаров по всему СССР, для того чтобы резко повысить сбор этой культуры. Следуя американским образцам,. ее хотели использовать как кормовую базу для истощенного животноводства. Еще через несколько лет Кремль исторг еще одно нововведение: колхозникам было предписано перейти на новую систему севооборота. Как всегда, львиную долю тяжести всех этих сложных и дорогостоящих новаций приняла на себя Украина.
Единственная реформа, которая с готовностью была принята в Украине и даже возникла на основе местной инициативы, касалась машинно-тракторных станций (МТС). Поскольку между МТС (выполнявшими еще и функции идеологического надзора) и колхозами постоянно разгорались споры о том, как правильно обрабатывать землю, украинцы в конце концов убедили правительство распустить МТС, а их технику продать колхозам.
Растущая сложность обработки земли требовала хорошо подготовленных и технически грамотных специалистов, которых именно в Украине катастрофически не хватало. В 1953 г. из 15 тыс. председателей колхозов Украины образование выше среднего имели менее 500 человек. Для улучшения ситуации в колхозы разнообразными льготами и выгодами привлекались специалисты из городов. Отстающие колхозы прикреплялись к шефским промышленным предприятиям, оказывавшим техническую помощь. В результате на селе возник новый, более профессионально искушенный слой «сельскохозяйственной технократии». Тем временем правительство повысило доходы колхозников, и кричащее несоответствие между уровнями жизни промышленных и сельскохозяйственных работников начало постепенно уменьшаться.
Несмотря на радикальные перемены и грандиозные эксперименты, правительству не удалось добиться прироста сельскохозяйственной продукции в желаемых масштабах. Кремль по-прежнему не желал изыскивать более эффективные стимулы к повышению производительности труда в колхозах, а бюрократы в далекой Москве продолжали давать колхозам директивы: как и что сеять, когда собирать урожай; крестьян все так же преследовали и штрафовали за работу на их крохотных (но исключительно продуктивных) приусадебных участках. Неудовлетворительное развитие сельского хозяйства означало серьезные политические последствия для украинских коммунистов. Хрущев возлагал большие надежды на то, что их участие в реформах будет способствовать успехам преобразований. Однако в Киеве нарастало недовольство несообразно высокими требованиями, предъявлявшимися в Украине. Когда-то теплые отношения Хрущева с украинскими коммунистами становились все более прохладными.
Изменения в промышленности. В начале 1950-х годов промышленность Украины, как и всего Советского Союза, развивалась весьма успешно. Фактически в это время она переживала свой золотой век. Однако к концу десятилетия темпы ее развития замедлились. Кремлевское руководство столкнулось с новой проблемой: продолжать ли усиленно развивать тяжелую
Умышленность или сосредоточить капиталовложения в легкой, чтобы в конце концов хоть как-то удовлетворить обделен-н^и *гсоветского потребителя. Хрущев склонялся в пользу тяжелой промышленности, но, в отличие от Сталина, не мог игнорировать интересы потребителей, тем более что он пообещал догнать и перегнать Запад экономически к началу 1980-х годов. В результате в начале 1960-х на полках государственных магазинов стали появляться телевизоры, пылесосы, холодильники, в продаже появились даже автомобили. Однако их количество было весьма ограниченным, а качество необычайно низким.
Пытаясь решить проблему спада промышленного производства, Хрущев развернул в 1957 г. полную противоречий реформу совнархозов (Советов народного хозяйства) — одно из наиболее радикальных организационно-экономических преобразований со времен 1920-х годов. Это была попытка перенести основу экономического планирования и управления из московских министерств в региональные органы, чтобы миновать бюрократические преграды в центре. Украинским совнархозам было передано свыше 10 тыс. промышленных предприятий, и к концу 1957 г. они контролировали 97 % заводов и фабрик республики (в 1953 г. в республиканском подчинении находилось всего 34 % предприятий). Не удивительно, что украинские плановики и управленцы стали уделять куда больше внимания интересам и нуждам республики, чем общесоюзным. В начале 1960-х годов, когда экономическая самостоятельность Украины и других республик стала весьма выразительной, Москва забила тревогу. Посыпались обвинения в «местничестве». Стало очевидным, что и в этой области хрущевские реформы вызвали неожиданные осложнения. Как и следовало ожидать, опыт экономического самоутверждения Украины оказался быстропреходящим.