Однако не только галицкий князь, но и галицкие бояре набирали силу. О том, насколько влиятельными стали они при Ярославе, свидетельствует эпизод из биографии этого князя, когда бояре заставили его отречься от своей второй (невенчанной) жены Анастасии, а потом сожгли ее на костре.
По смерти Ярослава начался беспредел. Сын его Володимир (1187—1199), последний из Ростиславичей, по выражению летописца, «думы не любил с мужами своими». Бояре взбунтовались и вынудили своенравного князя искать убежища в Венгрии. Венгерский король Андрей обещал вернуть Володимиру престол, но, придя в Галичину, объявил ее собственной вотчиной. Однако против чужеземцев восстал народ. Володимир помирился с боярами и выгнал венгров вон. К чему же привели все эти годы войн и опустошений? Хотя князь снова сел на престал, он стал более, чем когда-либо прежде, зависим от бояр. Был создан печальный прецедент, который в течение еще полувека. стал типичным: кое-как мирясь с властью сильного князя — объединителя земель, бояре затем предъявляли претензии его более слабому наследнику, тем самым давая повод для чужеземного вмешательства. И снова страна ввергалась в хаос — до появления новой «сильной руки», на короткое время овладевающей ситуацией.
Галицко-волынские Романовичи. Короткий расцвет Галичины убедительно свидетельствовал о растущей роли окраин прежней могучей державы. Зато ее союз с Волынью сулил новые эпохальные перспективы для всей Восточной Европы. Осуществить такой союз на практике сумел волынский князь Роман Мстиславич (1173—1205).
С самой юности этот человек с головой окунулся в политическую борьбу. В то самое время, когда отец Романа, волынский князь Мстислав, бился на юге с суздальским князем Андреем Боголюбским за Киев, новгородцы в 1168 г. избрали своим князем самого Романа, прося защитить их от суздальской агрессии на севере. После смерти отца в 1173 г. Роман прежде всего позаботился о том, чтобы заново объединить раздробленные, заброшенные отцовские владенья на Волыни. А уже в 1188 г. он получил приглашение на княженье от галицких бояр. Но воспользоваться им в то время помешали ему князья-соперники и враждебные боярские партии. И лишь в 1199 г. он смог вернуться к галицкому вопросу, объединив галицкие земли с волынскими. Таким вот образом на политической карте Восточной Европы возникло новое мощное политическое образование во главе с энергичным, сильным правителем.
Во внутренней политике Роман успешно справился со своей главной задачей — обузданием бояр, не останавливаясь ни перед ссылками, ни перед казнями. «Не убив пчел, не полакомишься медом»,— любил повторять этот князь. Как и в других европейских странах, княжескими союзниками в борьбе с олигархией выступали горожане и мелкие феодалы.
Однако наибольшую славу Роману принесли его успехи во внешней политике. После объединения Галичины и Волыни он разгромил соперников-суздальцев и в 1203 г. овладел Киевом. Итак, галицкие и волынские, киевские и переяславские — все исторические земли Украины, за исключением черниговских, оказались под единой властью. Мнилось, недалек уж день и час, когда заново объединятся все те части Киевской Руси, что ныне составляют территорию Украины. Во всяком случае Роман ближе всех посткиевских князей подошел к этой цели — потому-то современные украинские историки оказывают ему особое внимание.
На юге Роман успешно защищал украинские земли от половцев. На севере он сумел далеко углубиться на территорию Польши и Литвы. Впрочем, эта страсть бесконечно расширять свои и без того громадные владения его и погубила. Во время польского похода 1205 г. Роман со своими войсками попал в засаду и был убит. Его «держава» просуществовала всего лишь шесть лет — слишком малый срок для создания стабильного политического образования. И все же современники Романа в ознаменование его выдающихся достижений именовали его «Великим» и даже «повелителем всея Руси».