Коллегия, устроенная по образцу иезуитских, была нацелена на то, чтобы дать учащимся классическое образование. Особое внимание уделялось латыни, польскому языку. В то же время изучение древнегреческого, которому отдавалось предпочтение в братских школах, отошло на второй план. Вообще вся программа Могилянской коллегии отражала характерную для этого времени тенденцию — взять все лучшее и из восточной православно-славянской учености, и из западной, латинско-католической. Однако в своем увлечении культурным наследием Запада Могила и его окружение подчас забывали, что философские трактаты, исторические труды и поэтические произведения латинских авторов доступны и интересны лишь кучке специально подготовленных ученых-схоластов, но не найдут ни отклика, ни понимания в украинском обществе. Так постепенно образовывалась культурная пропасть между киевской духовной элитой и остальными украинцами.
Культура рафинированных верхов оставалась по преимуществу церковной. Книги писались и издавались для того, чтобы доказать истинность православного пути спасения души. Среди этих книг были и такие сложные богословские труды, как «Палинодия» Захарии Копыстенского или «Зерцало богословия» Кирила Ставровецкого. Но и, так сказать, бестселлеры той эпохи, т. е. книги, предназначенные для всех или почти всех грамотных людей, трактовали такие предметы, как жития святых или история чудес Киево-Печерской лавры. Большинство этих книг было написано на церковнославянском языке, по-прежнему служившем основным литературным языком Украины. Появлялись, однако, и первые попытки писать более простым языком, А Памва Беринда на протяжении 30 лет составлял свой «Лексикон», пытаясь подобрать украинские эквиваленты церковнославянских слов.
Другой новостью тогдашней литературной жизни становится растущая популярность поэзии и особенно стихотворных панегириков. Среди наиболее известных образцов этого жанра приведем еще раз «Вирши» Саковича на смерть Сагайдачного, а также опусы студентов Могилянской коллегии в честь их патрона Петра Могилы. В учебных заведениях сочинялись также и пьесы, так называемые «школьные драмы», часто включавшие в себя элементы украинского фольклора. Вообще по мере того как школы выпускали все новые сотни студентов, а типографии, которых было уже около 20,— десятки книг, грамотность все шире распространялась по Украине.
Если киевская элитарная культура развивалась в русле религиозных проблем и не без влияния западных образцов, то культура масс продолжала зависеть от аграрного календаря и образа жизни хлебороба в суровых условиях пограничья. Старинные крестьянские песни повествуют об отношениях человека с природой, о работе в поле, о личных переживаниях. Те, кто пел эти песни, ценили простые человеческие достоинства — трудолюбие, скромность и честность — и смеялись над теми, кто всего этого лишен. Высшим достижением украинского устного народного творчества XVI— XVII вв. считается фольклорный эпос — думы. Их исполняли под собственный аккомпанемент странствующие кобзари. В дни ярмарок или церковных праздников, на деревенских майданах, в казацких лагерях люди сходились послушать кобзаря, поющего о буйной жизни казацкой вольницы, о борьбе с турками и татарами, о том достойном отпоре, который отчаянный казак всегда готов дать гордой и высокомерной шляхте...
Многие страны Восточной Европы в начале своей Новой истории столкнулись с таким явлением, как вольная жизнь на пограничье. Не только по украинскому Днепру, но и по русскому Дону селились казаки. Было нечто подобное и в истории Венгрии, Хорватии и других христианских стран, где на незаселенных границах с Оттоманской империей возникали в чем-то сходные с казачеством социальные группы. Но нигде это «периферийное» сословие не сыграло такой важной роли в развитии общества, как в Украине. Этого, конечно, можно было ожидать: ведь в те времена пограничьем была, пожалуй, вся Украина, а полонизация украинской элиты привела к тому, что казакам здесь пришлось взять на себя ту роль, которая в других странах принадлежала дворянству. Соответственно казак становится ключевой фигурой не только украинской истории, но и национального сознания — примерно так, как ковбой у американцев или викинг у скандинавов.
Возрастание роли казачества сопровождалось мощным обновлением украинской религиозной и культурной жизни. Киев снова становится центром православия в Украине. Для культурно-религиозной элиты, группировавшейся вокруг Киево-Могилянской коллегии, это было время расширения кругозора и парения духа. С одной стороны, православное возрождение способствовало ослаблению полонизации, с другой — оно ввело в украинскую культуру те западные элементы, которые впоследствии будут удерживать ее от русификации.