В 1677—1678 гг. Юрий Хмельнйцкий вместе с турками несколько раз пытался взять Чигирин — отцовскую столицу. В битвах за нее с обеих сторон участвовали мощные армии — 200-тысячная турецкая и 70-тысячная российская, не считая 50-тысячного отряда левобережных казаков, выступивших на стороне Москвы. После того как Чигиринская кампания закончилась для него ничем, Юрий попытался организовать набег на Левобережье, обернувшийся жалким провалом. Не получив никакой поддержки, он в конце концов смог «править» лишь на том небольшом участке Подолья, что отвели ему турки. Но и тут он умудрился создать столь неспокойное и вдобавок еще деспотичное «государство», что, наконец, смертельно надоел «бусурманам», которые и казнили его в 1681 г.
В том же самом году турки и крымские татары заключили Бахчисарайский мир с Москвой, признав в нем, в частности, все владения друг друга в Украине. Пять лет спустя аналогичное соглашение Москва подписала и с Польшей. Так к 1686 г. был завершен раздел Украины между соседними державами.
Левобережье под властью России
Левобережье из-за своей близости к России все это время оставалось в сфере влияния Москвы. В годы хаоса — 60-е и 70-е — смертоносные вторжения турецких, татарских, польских и российских армий, ставшие проклятием некогда цветущего Правобережья, значительно реже обрушивались на левый берег Днепра. Но и Левобережье познало отпущенную ему меру смертей и разрухи. Причиной тому были, однако, не столько набеги иноземцев, сколько непрекращающиеся выступления масс против собственной старшины.
Внутренняя борьба разгорелась вскоре после первого гетманства Юрия Хмельницкого. Яков Сомко, происходивший из семьи богатых мещан, откровенный сторонник старшинского элитаризма, объединился со своим недавним соперником, нежинским полковником Василем Золотаренко, дабы обеспечить избрание последнего гетманом и таким образом создать условия для господства старшины. Но против фракции Сомко — Золотаренко выступил Иван Брюховецкий — выходец из низших слоев и большой демагог. Это последнее качество обеспечило Брюховецкому избрание запорожским атаманом. А Москва, как обычно, натравила одну фракцию на другую. На сей раз царь благоволил Брюховецкому, ибо подозревал старшину в пропольских настроениях. И потому в июне 1663 г. московские вельможи одобрительно наблюдали за тем, как развивались события на так называемой «Черной раде» — шумном сборище казацкой черни, которая при поддержке городской голытьбы и крестьян избрала гетманом Брюховецкого, силой разогнав сторонников Сомко и Золотаренко (впоследствии новый гетман казнил их обоих).
Иван Брюховецкий (гетман с 1663 по 1668 г.). Полностью завися от Москвы, Брюховецкий делал ей одну уступку за другой. Он с готовностью подтвердил Переяславский договор в редакции 1659 г. и к тому же предложил на собственный счет содержать российские гарнизоны в Украине.
В 1665 г., выразив желание «предстать пред ясны очи» царя, Брюховецкий с почетным караулом из 500 казаков отправился в Москву. Это был первый гетман, нанесший визит царю. Москва встречала его с почетом: он был пожалован в бояре и женим на боярышне. Очарованный царским приемом, Брюховецкий подписал новое соглашение, в очередной раз урезавшее права и вольности Украины. Почти все главные украинские города передавались в прямое подчинение Москвы. Царским чиновникам разрешалось собирать налоги с украинских крестьян и мещан. И даже киевский митрополит должен был отныне назначаться Москвой. Более того, соглашение предусматривало, что и выборы самого гетмана могут проводиться лишь в присутствии официальных представителей царя, и каждый новый гетман отныне должен был отправляться за утверждением в должности в Москву.
Брюховецкий дорого поплатился за свое пренебрежение интересами Украины, лишь только его московские друзья взялись за дело. Московские гарнизоны быстро почувствовали себя хозяевами в украинских городах. Царь устроил в Украине перепись населения, и переписчики грубо вмешивались в личную жизнь людей. А самодовольные сборщики налогов обложили население такой непомерной данью, что оно кляло на чем свет и Москву, и особенно своего гетмана, накликавшего всех этих захребетников. Даже некоторые церковные иерархи, ранее приветствовавшие промосковский курс, теперь открыто протестовали против него. Впрочем, неизвестно, сколько бы еще терпели украинцы издевательства Брюховецкого и Москвы, если бы в 1667 г. чашу их терпения не переполнил Андрусовский договор.