У современной многонациональной России та же проблема. Конечно, в ослабленной степени, но та же. По-настоящему политкорректно было бы изобразить на деньгах людей, символизирующих автономные республики России — Салавата Юлаева, Шамиля и так далее, да и русских не забыть. Но число республик так велико, что об этом не может быть и речи. Поэтому в России на деньгах изображают что-то архитектурно-скульптурное. Я как-то поинтересовался, и мне показали. Не хочу огорчать моих русских друзей, но денежки, прямо скажем, невыразительные. В нашей деревне у кого-то уцелела, помню, дореволюционная пятисотрублевка с Петром Первым. Вот уж деньга так деньга. Петр — в латах, взгляд — земля дрожит, а рядом Россия — на вид скорее украинка: глазастенькая, чуточку в теле и со скипетром.
Не стану уверять, что современные украинские деньги — шедевр художества или полиграфии (хотя смотрятся они, по-моему, неплохо), но сам выбор изображенных на наших гривнах лиц мне кажется очень удачным и значительным. А еще я обратил внимание, что все они имеют то или иное отношение к теме моей книги.
Эти лица видит всякий, кто приезжает в Украину, но некоторым из приезжих они, увы, совершенно незнакомы. Однако почти всякий человек любознателен. «Ага, — думает он, — это самые великие люди Украины. Интересно, что же они совершили?» Не буду рассказывать обо всех, расскажу про деятелей нашей давней истории.
Владимир Святой
Владимир был третьим сыном князя Святослава. Первые двое, Ярополк и Олег, были от «благородной» Предславы, а Владимира родила Малуша, ключница (домоправительница?) его бабки, княгини Ольги. Недовольная Ольга отправляет ребенка вместе с матерью с глаз долой в свою вотчину Бутудино под Псковом, где и проходит его детство.
Владимир не быт ровней старшим братьям, но на его счастье новгородцы попросили Святослава о князе и прямо указали на Владимира. Поступить так им посоветовал брат Малуши Добрыня, сам новгородец.
Владимир княжил в Новгороде уже 7 или 8 лет, когда его братья рассорились, и Ярополк убил Олега. Опасаясь за жизнь, Владимир бежит в Скандинавию. В Новгород он возвращается уже с варяжской дружиной. Подкрепив ее новгородским войском, Владимир с этого момента не останавливается, покуда не занимает отцовский престол в Киеве. С 980 года он великий князь Киевский. На пути к этому престолу им было пролито много крови, в том числе и кровь родного брата, но что поделаешь — он был еще язычник.
За крещение Руси Владимир приравнен к апостолам, его называют «святым равноапостольным». Он был не просто средневековый правитель малоизвестной тогда остальному миру страны, он был фигурой мировой истории. То, что без него ни Украина, ни Россия, ни Белоруссия не были бы тем, чем являются сегодня, доказывать не надо. Но мало кто сознает, что если история с «выбором веры» — не легенда, князь Владимир во многом определил и дальнейшую судьбу всей Европы.
А история эта, напомню, состоит в том, что веру Владимир выбрал не сразу. Для начала он выслушал пришедших в Киев иудеев, мусульман, греков и послов Папы римского. Все мы читали об этом диспуте, помним реплики Владимира. У иудеев, хваливших свою религию, он спросил: «А где же земля ваша?» (Через 960 лет Сталин, в ответ на предложение обменяться послами с Ватиканом, спросил: «А сколько дивизий у папы?»; питомец духовной семинарии, он помнил каверзный вопрос Владимира.)
После диспута киевский князь поступил вполне современным образом — отправил доверенных лиц «разузнать о верах». Вернувшиеся «от немец» жаловались, что «красоты не видели никакой», побывавшие у мусульман говорили: «Нет в них веселья, только печаль и смрад великий». И только из Царьграда посланцы вернулись в восторге: «Не знали, на небе или на земле мы».