Мы тяпнули грамм по пятьдесят, занюхали ржаным хлебом, помолчали.
— Ты склады помянул, много там?
— На дивизию хватит.
— Надо вывозить.
— Уже, — улыбнулся Полонский.
Вслед за его скоростным пароходом трюхала и остальная флотилия с забитыми трюмами. Это он правильно сообразил — Херсон без Николаева и Кривого Рога, через которые туда идет железка, неудобен для удержания и удобен для атаки, по Днепру-то не навозишься. А в этих городах сейчас Красная армия, то есть григорьевцы, мало ли что им в голову ударит.
— Молодец! А скажи, Евген, а если нам приспичит вот так же вывезти склады из Одессы?
Лицо у него вытянулось:
— Так это же по морю!
— В Херсоне мореходных посудин совсем нет?
Полонский задумался.
— Есть трохи, но в Николаеве больше. Без них несколько концов придется делать, а это часов пятнадцать-двадцать в одну сторону.
На мое удивление, что так долго, Евген засмеялся и объяснил, что это же не эсминцы-«новики», которые могли бы за четыре часа обернуться. А обычные коммерческие посудины, среди которых полно парусных, хорошо если делают пять-шесть узлов, то есть километров десять в час. Но все равно, готовить логистику надо и подсуетиться к моменту, когда Григорьев устроит восстание.
Март тянулся ни шатко, ни валко, мы хоть немного пришли в себя от зимней суматохи. Я даже несколько раз ночевал в штабе вместе с Татьяной — нам выделили комнатку в одной из преподавательских квартир.
Все стороны тяжело и трудно выкарабкивались из тифа, отчего наш фронт в Каменноугольном бассейне почти застыл — Деникин убедился, что стратегических успехов ему не достичь, а тактические стачивали корпус не хуже эпидемии. Тем более у Корнилова имелись все основания ослабить Донбасский фронт в пользу Донского, где с каждым днем все серьезнее давила РККА. Мобилизации у большевиков делали свое дело, красноармейцев прибывало, Троцкий и военспецы обтесывали эту массу в настоящую армию, несмотря на возражения Сталина, Ворошилова и присных.
На очередном выезде в Юзовку меня поймал Миронов:
— Что-то мы засиделись, Нестор Иванович!
— Позиционная война, Филипп Кузьмич.
— Да мы ее на империалистической наелись, — он резко провел ладонью по горлу, — вот так!
— А вы пока готовьтесь, пополнение принимайте, конский состав ремонтируйте, будет вам работа, как распутица кончится. Только не здесь, а в другом месте.
Кончики усов-пик дрогнули, Миронов доверительно взял меня за локоть и потянул в тихий угол:
— Есть весточки с той стороны, что с дивизией Думенко не все благополучно, Борис Мокеевич в нашу сторону посматривает. Надо бы связь с ним наладить.
Заполучить второго кавалерийского начальника такого масштаба крайне заманчиво, но где гарантия, что это не провокация ЧеКа?
— Я вам Леву пришлю, Задова. Он парень толковый, связи как раз его забота.
Март 1918, село Триполье под Киевом
Трое хлопцев в кожухах, громыхая навешанным на них оружием, втолкнули в хату четвертого со связанными за спиной руками.
Сидевшие за столом люди в портупеях поверх разнокалиберных френчей и гимнастерок обернулись на вошедших.
— Ось, батьку, лазутчыка спиймалы! — доложил старший конвоиров.
— Спиймалы, ха! — передразнил связанный. — Я сам пришел, с посланием до пана атамана.
— У нас не атаман, а начдив Днепровской повстанческой дивизии! — не то с гордостью, не то с обидой заявил широченный мужик, похожий на медведя.
— Да? А какая разница?
— Москаль? — насупился сидевший по центру брюнет, отчего его одутловатые щеки стали чуть больше.
— Москаль, — сверкнул золотым зубом парень. — А вы че, москалей боитесь?
— Мы никого не боимося! — пнул его в спину конвоир.
— Ага, а чего тогда связали? Думаете, цацки отберу? — парень ловко пододвинул ногой табуретку и, пока все замерли от такой наглости, уселся. — Кто тут атаман Зеленый? Ты?
— Ану встань! — конвоир схватил парня за шиворот, но одутловатый вскинул руку, и конвоир с ворчанием отступил.
— Ну я Зеленый.
— Даниил Ильич? Письмецо у меня до вас.
— Бреше вин! Мы весь одяг обшукалы, немае ничого! — снова влез старший.
— Закачано надежно, — цикнул зубом парень. — Фраерам не найти. Короче, хотите знать, что в письме, гоните этого балдоху и развяжите меня. Ну, если москалей не боитесь.
Зеленый зыркнул на конвоиров, и они, толкаясь и суетясь, полезли обратно в двери. Медведеобразный встал из-за стола, зашел парню за спину, с шелестом выхватил шашку и просунул ее между руками и спиной. Связанный только повел плечами:
— Не бери на арапа, дядя, пуганый я.