Антей посылает Федона:
Да, троянец Лаокоон пострадал за правду: этот жрец Аполлона уговаривал соотечественников не верить коварным грекам и не вводить деревянного коня в Трою. Лаокоона не послушали. Троя была разрушена. Из нее бежал Эней. Он основал Рим. Так неужели "Антей" стал римским коллаборационистом? Да нет: просто зарапортовался, ослепленный межнациональной ненавистью. Ненависть — плохой советчик.
Рим собирает налоги. Богатый Меценат щедро платит артистам. Антею не нравится золото Мецената. На это его жена резонно отвечает:
Итак: греки честные, римляне — нет. Римляне — рабовладельцы. А греки — … Кто? См. учебник по истории Древнего мира за пятый класс о рабовладельческом строе в Древней Греции.
Танцовщица Нериса хочет танцевать. Антей не возражает:
Но она желает славы — и у римлян тоже. Антей не пускает. В итоге ему приходится идти на оргию самому.
Антей очень уважает Прометея. Автор поэмы — тоже. Н. Зеров говорил: "Образ Прометея, горді заповіти прометеїзму — це у Лесі Українки не випадковий, не хвилинний настрій. Прометеївська непримиренність і богоборство носились перед нею здавна… Зчарував її цей образ на все життя". А вот колонизатор Меценат Прометея в грош не ставит:
Но это уже какой-то беспредел: так не уважать Прометея! Дальше — некуда. Развязка приближается. Меценат хотел бы увидеть жену Антея, известную мастерством танца. Но Антей помочь ему ничем не может, "бо мати, жінка і сестра у мене перебувають завжди в гінекею". Меценат: "Недобрий звичай ваш!" Антей: "Такий він здавна, — не я його, преславний, встановив".
Украинка симпатизировала феминизму, идеям полного равноправия женщины. И здесь вдруг такие симпатичные угнетенные греки оказываются угнетателями женщин. Что такое? Да очень просто: создается иллюзия объективности автора. Маленькая правда подается накануне большой лжи. Большую ложь, естественно, озвучивает сам Антей. Когда он начинает, Хилон обращается к хористам-грекам:
Лексика поэмы вполне современная: "пролетариат", "товарищи". Песня Антея тоже вполне соответствует началу XX века в России: к ненависти межнациональной добавлена тема ненависти классовой. Тише, товарищи, Антей петь будет!
Украинкин Антей — борец за социальную справедливость. Но в Древней Греции этого никогда не было. Аристотель давал такое определение: "Раб есть говорящее орудие". Греки считали, что одни люди рождаются по природе вещей свободными (эллины), а другие — рабами (варвары — это все остальные, не-греки). Не было никакой социальной справедливости в Греции. Не было ее и в Украине. Всегда были холопы и была шляхта (казацкая старшина). Украинке об этом прекрасно известно. Еще на заре туманной юности она делала записи "Про козаків": "Про козаків маємо певні звістки тільки з XVI в. Староста черкаський і канівський Дашкевич просив у великого князя литовського осібної організації для козаків, але не дано… Польське право (після Люблінської унії 1569 р.) волю скасувало, в Польщі вже було на той час кріпацтво". Ну вот, а говорили, что Екатерина II закрепостила "вільне козацтво". Но оказывается, что социальная несправедливость на Украине была всегда: и до воссоединения с Россией, и после воссоединения. И после разделения с Россией она есть и будет (президенты и премьеры то и дело вылезают на трибуну, напоминая своим холопам о "священном праве" частной собственности). Только степень этой несправедливости колебалась. Какова она сегодня — это может определить каждый "національно свідомий" украинец. И еще он может констатировать: являются ли именно русские источником социальной несправедливости в независимой Украине. Так было и в начале XX века. Поэтому сравнение рабовладельческого Рима с Россией, а свободной Греции с Украиной — это и есть большая ложь Украинки.
Есть и другие, более мелкие "неправды" в сочиненной ею аллегории. Если греческий и латинский языки отличаются так, как отличаются греческий и латинский алфавит, то русский и украинский языки похожи так, как похожи украинские и русские буквы. Между греками и римлянами — никакого родства; а потомки Владимира и Ярослава правили и в Пскове, и в Новгороде, и во Львове, и в Тьмутаракани. Но "Антеям" все это — по барабану. Они люди несгибаемые ("гвозди бы делать из этих людей"): и за коллаборационизм с угнетателями карают сурово. "Оргія" заканчивается так:
Лира певца всегда была грозным оружием. Но и это еще не все: