5. СС-фузилерский батальон
6. СС-дивизион зенитной артиллерии
7. СС-артиллерийский полк, состоявший из 4 дивизионов
8. 14-й СС-саперный батальон
9. 14-й СС-дивизион связи
10. СС-полевой запасной батальон
11. Транспортную колонну
12. Административное подразделение
13. Санитарную часть и снабженческий отдел.
28 июня 1944 года началась переброска дивизии на фронт. Каждый день из Нойхаммера отбывало по 4 эшелона с людьми и техникой. Уже 25 июня из Нойхаммера выехала передовая часть дивизии, за нею 26-го — командир и начальник штаба. Буквально за 20 минут перед вылетом Вольфа Дитриха Гайке в место прибытия частей дивизии в Нойхаммер пришла телеграмма — приказ от Высшего командования Сухопутных войск, где сообщалось, что дивизия будет введена в бой не в ранее утвержденном и обследованном районе близ г. Станислава, а на другом участке линии фронта в центре расположения немецкой группировки «Западная Украина». В этом районе происходило оживление в советском тылу и явное укрепление и пополнение советской группировки. По мнению ОКХ, предполагалось начало советского наступления восточнее Львова.
Таким образом, рушились все первоначальные планы о постепенном втягивании дивизии в боевые действия. Сам ход боевых действий на Востоке и успехи наступающих советских войск в ходе легендарной Львовско-Сандомирской операции обусловили последовавшую затем трагедию для галичан под Бродами. Создать «санаторные» условия для украинцев уже не представлялось возможным — они становились передовым отрядом на острие главного удара противника.
В июне 1944 года дивизия была включена в состав 13-го армейского корпуса генерала А. Хауффе, входившего в 4-ю танковую армию группы армий «Западная Украина». Реально оценивая силы, дивизия «Галичина» могла бы успешно защищать фронт шириной 8–12 километров, а получила 36-километровый участок второй линии фронта. К тому же на фронте ощущалась нехватка танков, и отсутствовало надежное авиационное прикрытие. Немецкое командование, не имевшее резервов, попыталось новосформированной дивизией укрепить тонкую линию обороны близ Львова.
Командование 13-го АК не скрывало от начальника штаба «Галичины» своей радости по поводу прибытия его дивизии. Дивизии было поручено оборудование второй линии обороны. Сам Хауффе в беседе с В. Д. Гайке описывал свой участок фронта как до недавних пор безопасный. На передовой линии вся война сводилась до сего времени к действиям разведгрупп. До проявления грозных признаков подготовки наступления советская авиация в небе действовала пассивно, но в последние дни перед прибытием дивизии усилила авиаразведку.
4-й ТА была поставлена задача по обороне района в окрестностях местечка Броды. Пока наступления не было, немцы успешно маневрировали и собственными силами отбивали наступления местного значения. В состав корпуса входили 4–5 дивизионных групп (каждая малой численности). 4-я ТА «танковой» была лишь по названию, т. к. имела в своем распоряжении всего 50 танков, имевших к тому же маленький боезапас. Немецкая авиация на фронте фактически бездействовала. Опираясь на данные разведки, А. Хауффе полагал, что советское наступление будет предпринято через две недели, и его главной целью будут именно Броды — важный коммуникационный узел. О том, что советские войска прорвутся на двух участках фронта и охватят Броды «в клещи», не было и речи.
Части дивизии планомерно прибывали на фронт и выходили в места своего размещения. Учебно-запасной полк был переброшен из Вандерна, где ему не хватало места, в Нойхаммер. В полку в это время насчитывалось около 7 тысяч солдат.
Дивизионное командование неофициально обратилось к командованию 4-й ТА с просьбой не вводить дивизию в бой частями и учитывать ее особенности как в плане недостаточной военной подготовки, так и инонационального состава.
Внутренний настрой солдат дивизии был неоднозначным. Молодым и горячим не терпелось вступить в бой. Многие не знали, за что, собственно, пойдут они погибать. Полковник Бизанц еще в Нойхаммере кричал: «Идите, сражайтесь и не спрашивайте, за что, как и мы не спрашивали в 1918 году!»
По прибытии на фронт дивизия начала создавать укрепленные позиции. По выработанному плану три пехотных полка и батальон фузилеров укрепляли передовую линию. Все иные части дивизии разместились в глубине фронтового района. Отделы снабжения и обозы располагались в окрестностях г. Ожидова. Запасной батальон окопался на западе от Ожидова и представлял собой резерв дивизии. Несмотря на то, что части дивизии были размещены близ сел и местечек, личному составу было запрещено покидать места расположения. Линия фронта находилась в 20 километрах.