Срок обучения зависел от потребностей в подготовленной агентуре. Почти все обучавшиеся в школе использовались в антипартизанских акциях, главным образом на территории Познаньского округа. После окончания школы агенты направлялись в команды и группы абвера и на оборонные предприятия, где проводили контрразведывательную работу среди восточных рабочих и военнопленных. На территории школы временно проживали вернувшиеся с задания агенты ACT «Познань».
В июне 1944 года школа была передислоцирована в Берткенигсхоф в 13–14 км от м. Гультовы, где находилась до конца 1944 года. По неподтвержденным данным, была расформирована перед приходом советских войск.
Украинские кадры немецких спецслужб впоследствии осели и в рядах Украинской повстанческой Армии, сформированной ОУН Бандеры. Так, в соответствии с приказом оуновского подполья от 27 августа 1943 года были сформированы Войсковые округа (ВО) УПА. Их возглавили проверенные кадры ОУН-УПА, ранее служившие в немецкой разведке:
— ВО «Заграва» («Зарево») возглавил Иван Литвинчук (Дубовой, Клир) — перед войной окончил Берлинскую разведывательно-диверсионную школу абвера и в июне 1941 года был десантирован с группой оуновцев для проведения диверсий в Сарненском районе Полесья.
— ВО «Богун» возглавил Петро Олейник (Эней) — окончил перед войной курсы подготовки при Академии Генштаба.
— ВО «Туров» под командованием Юрия Стельма-щука (он же Рудой, он же Норд-IV), до войны прошедшего спецкурс разведчика и диверсанта в Бранденбурге. В июне 1941 года был сброшен на Волынь для работы у Сарненского коммуникационного узла.
— ВО «Тютюнник» под руководством Федора Воробья (он же Верещака, он же Волынец), до войны закончившего спецшколу абвера в м. Закопане.
По свидетельству бывшего оуновца и члена УПА Максима Скорупского, большинство руководителей Службы безопасности ОУН-УПА Бандеры до войны окончили немецкую полицейскую школу в Закопане в 1939–1940 гг.
Легионы и дружины украинских националистов
В начале нашего рассказа о легионах украинских националистов времен Второй мировой войны приведем диалог, состоявшийся на Нюрнбергском процессе между Главным обвинителем от СССР Р. А. Руденко и бывшим руководителем отдела «Абвер-Заграница» генералом Э. Лахузеном:
«Руденко: Свидетель, я хочу поставить вам несколько вопросов в порядке уточнения. Правильно ли я вас понял, что повстанческие отряды из украинских националистов создавались по директиве германского Верховного командования?
Лахузен: Это были украинские эмигранты из Галиции.
Р.: И из этих эмигрантов создавались повстанческие отряды?
Л.: Да. Может быть, не совсем правильно называть их отрядами, это были люди, которые брались из лагерей и проходили полувоенную или военную подготовку.
Р.: И какое же назначение имели эти отряды?
Л.: Это были организации, как я уже говорил, состоящие из эмигрантов Галицийской Украины, которые работали совместно с отделом разведки за границей.
Р.: Что они должны были выполнять?
Л.: Задача их состояла в том, чтобы с началом военных действий выполнять распоряжения соответствующих офицеров германских Вооруженных сил, то есть те директивы, которые получал мой отдел и которые исходили от ОКВ.
Р.: Какие же задачи ставились пред этими отрядами?
Л.: Эти отряды должны были производить диверсионные акты в тылу врага и осуществлять всевозможный саботаж.
Р.: То есть на территории тех государств, с которыми Германия находилась в состоянии войны, в данном случае на территории Польши. А помимо диверсий, какие еще задачи ставились?
Л.: Также саботаж, то есть взрывы мостов и других объектов, которые в какой-либо степени представляли важность с военной точки зрения. Эти объекты определялись оперативным штабом Вооруженных сил.
Р.: А террористическая деятельность?
Л.: Политических задач от нас, то есть от отдела разведки за границей, они не получали. Политические задачи они, очевидно, получали от каких-то других соответствующих организаций империи…»
Начало сотрудничеству украинских националистов с немецкими разведслужбами было положено в первой половине 1930-х годов. Германский отдел Украинской военной организации под руководством Рихарда Ярого установил контакты с главой штурмовиков Эрнстом Ремом и самим Адольфом Гитлером. При этом Ярый преследовал цель создания и обучения военизированных подразделений из числа украинских эмигрантов. В 1933 году между ним и Ремом было достигнуто соглашение, по которому молодым боевикам УВО-ОУН предоставлялись возможности для военного обучения на базах СА (штурмовиков). Сам Рем симпатизировал украинским националистам и еще до своего прихода в НСДАП опекал их студенческие кружки в Мюнхене.