В ходе боевых действий наряду с 34 бандитами убито много жителей села. Часть из них погибла в пламени.
Ряд основных фактов, изложенных в рапорте Кернера, подтверждается и выпиской из Журнала боевых действий партизанского отряда «Мститель»:
«22.03.1943. Находившиеся в засаде на шоссе Пoгойск — Плещеницы первая и третья роты уничтожили легковую машину, убито два жандармских офицера, несколько полицейских ранено. После отхода с места засады роты расположились в д. Хатынь Плещеницкого района, где были окружены немцами и полицейскими. При выходе из окружения потеряли убитыми три человека, четверо — ранено. После боя фашисты сожгли д. Хатынь».
Всего за годы оккупации в Белоруссии карателями были сожжены 628 деревень вместе с жителями. Немалую «лепту» в это кровавое побоище внесли и полицейские батальоны, сформированные из уроженцев Прибалтики, Украины, России.
В июле 1944 года 115-й и 118-й батальоны прибыли на отдых под Варшаву, где их личный состав получил новые мундиры и каски. Немецкое командование приняло решение перебросить батальоны в Варшаву для участия в подавлении восстания, но затем было решено включить их в состав 30-й дивизии СС в качестве 62-го и 63-го батальонов. Негативная реакция батальонцев на эти события породила дезертирство. Был разработан план по прорыву батальонов к УПА на Волынь, но майор Смовский отговорил солдат от этой акции. В августе 1944 года батальоны были вывезены во Францию в департамент Ду, после чего были объединены в полк. Командирами батальонов были назначены майор Гинцке и капитан Либе, у которых с первых же дней сложились плохие отношения с личным составом. Еще во время отдыха в Польше украинские офицеры батальона приняли решение о переходе на сторону французских партизан. Инициаторами перехода 62-го батальона были офицеры Белик, Мелешко и Федоров, поддерживавшие связь с маки через польского украинца Н. Цвигуна, эмигрировавшего во Францию в 1937 году. Переход сопровождался пулеметным обстрелом немецкого штаба. Вышедший из городка к партизанам батальон догнал капитан Либе и предложил вернуться. Украинцы ответили отказом, объяснив, что «ремцы предали своих украинских союзников». К партизанам ушли около 500 солдат, с собой увели три 45-мм орудия, 70 подвод и 170 коней.
В движении Сопротивления батальоны были объединены во 2-й украинский курень (полк) имени Т. Г. Шевченко. 1-й курень имени И. Богуна составляли к тому времени также перешедшие украинцы (102-й украинский батальон). Украинцам было предложено сложить оружие и перебраться в Швейцарию, однако они отказались от предложения, пояснив, что желают расквитаться с немцами.
После войны 350 украинцев вступили во Французский Иностранный легион, некоторые предпочли возвращение в СССР. Позднее многие из них были привлечены к уголовной ответственности за преступления, совершенные ими в годы войны.
На территории Галиции были созданы 12 батальонов шуцманшафта (с 201-го по 212-й) — одиннадцать из них были украинскими, а 212-й польским. Всего же к концу 1942 года в рядах «шумы» служили приблизительно 35 тысяч украинцев. Как правило, такие батальоны состояли из четырех пехотных рот (сотен) по 120–160 человек. Вооружение батальона (куреня) составляли советские винтовки, пулеметы и минометы.
В декабре 1942 года в Черниговской области были сформированы 2 украинских батальона «шумы» из мобилизованных хлопцев 1925–1926 годов рождения. Командный состав был укомплектован молодыми украинскими и немецкими офицерами. После обучения батальоны были размешены в городах Глухове и Усмани.
О том, что представляли собой шуцманшафтбатальоны и какими их видели немцы, дает представление немецкая инструкция, разработанная рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером и переданная шефу штаба рейхсфюрера СС Курту Кноблауху:
«1. Каждый немецкий командир имеет права требовать, чтобы его подчиненные смотрели в глаза, это старый способ узнать, что думает подчиненный, и этим его можно подчинить и держать в послушании.
2. Запрещаю уведомлять членов «шумы», что в расовом смысле они подпадают под немецкие нормы.
3. На офицеров и старшин допускать только интеллигентных членов «шумы» либо близких по расовым признакам.
4. Членов с выдающимися признаками расы в батальонах «шумы» включать в состав первой роты. Ими будет командовать специально выделенный немецкий офицер либо полицейский, который уведомит про пригодность их крови и сообщит, что они являются наилучшими из всего батальона.
5. Первая рота после нескольких месяцев обучения заслужит право петь немецкие песни, что я другим ротам запрещаю! Они имеют право петь на улицах только свои песни на своем родном языке.