Жизнь украинских помощников в Германии была нелегкой. Сказывалось отношение немцев к украинцам как к людям низшей нации. На это накладывались также отсутствие нормальных бытовых условий и близость фронта. Выпускницам школы медсестер, ожидавшим направления в дивизию СС «Галичина», не выдали сертификатов об окончании курсов, затем о них вообще забыли. В штральзундском лагере СС-юначек комендантом была немка-лесбиянка, любившая устраивать «медицинские осмотры» помощницам якобы в целях выявления среди них больных сифилисом. Девушек плохо кормили, и единственной возможностью подкормиться была работа у местных крестьян, охотно бравших молодых украинок на сельхозработы. Все медсестры были распределены по немецким госпиталям. Наибольшее количество юначек служило на оружейных фабриках, в подразделениях задымления и прожекторных установок. Работы на фабриках были связаны с взрывчатыми веществами и материалами. Задымление проводилось с использованием различных вредных химикатов, источающих пары. Стоит также отметить, что все эти «прожектористки» и «задымляльщицы» были вынуждены действовать во время бомбежек без какого-либо прикрытия, рискуя каждую минуту быть убитыми разрывом бомбы.
К концу июля 1944 года в учебных лагерях хельферов находились 7700 человек, из них 3000 — в Неполомицах, 1750 — в Эгере (Чехия), 1000 — в Троппау, 1550 — в Кремсе, 200 — в Гульчине, Брансдорфе (Сиг лезия) и 200 — в интернациональном лагере СС-воспитанников в Мальте (Каринтия). Немецко-украинский комитет по работе с молодежью располагался в Братиславе.
Программа обучения хельферов-юношей включала в себя как общевойсковую подготовку, так и специальное обучение. Войсковая подготовка включала строевую муштру, гимнастику, бег с полной выкладкой и в противогазах, преодоление препятствий, колючих заграждений. Изучались различные типы стрелкового оружия, устраивались боевые стрельбы из него. Некоторое время было отведено на спортивные игры — в основном футбол, баскетбол, бокс.
Специальное обучение было посвящено изучению материальной части зенитной артиллерии, оптики, связи. Изучались способы и методика маскировки объектов, распознавания силуэтов авиации союзников по антигитлеровской коалиции. Позднее в программу внесли изучение гранатометов и способы борьбы с танками.
К началу 1945 года украинские воспитанники СС несли службу на следующих объектах:
— на аэродромах в Альхорне, Кальтенкирхене, Варел ьбюхе, Вессендорфе, Хузуме, Гедельсдорфе, Неймюнстере, Фархе, Фленсбурге,
— на артиллерийских батареях ПВО в Берлине, Гамбурге, Гроне, Цвишенгнау, Линце, Неймюнстере,
— на установках дымзавесы в Кобленце,
— в штаб-квартире службы Никеля в Вене,
— на охране промышленных объектов в Гульчине, Шляйфе, Фельтене, Нейссе, Оглаве, Оломоуце,
— в лагерях подготовки в Эгере, на станции сбора хельферов в Кошице, в школах в Троппау и Пютнице.
О том, какими были боевые будни СС-юнаков в войсках ПВО, рассказал в своих послевоенных воспоминаниях насильно мобилизованный немцами в июне 1944 года Леонид Легкий:
«…После 25 декабря нас начали направлять на обслуживание зенитных установок, смонтированных на железнодорожных платформах. Святки 1945 года мы встречали уже в воинском подразделении. Оно состояло из командира — старшего ефрейтора Отто Шледе, старшего ефрейтора, наводчика Гельмута Тиса и нас, трех юнаков — Богдана, Левка и Михаила. Все три фамилии начинались на букву «Л», что свидетельствует о том, что немцы назначали юнаков в подразделения лишь по алфавиту…
Какой была двадцатимиллиметровая четырехствольная скорострельная зенитная установка на железнодорожной платформе? В середине, во всю ширину платформы стоял полутораметровой высоты железобетонный круг с тридцатисантиметровой стенкой. В середине стоял бетонный постамент, к которому крепилась сама зенитка. В передней части платформы был смонтирован бункер для ящиков с боеприпасами. С противоположной стороны платформы, далее за кругом, размещался такой же высоты, как и сам круг, курень, как домик, предназначенный для отдыха обслуги. В середине куреня с одной стороны находились два спальных места одно над другим, а с другой — одно спальное место и пространство для личных вещей. Посередине смонтирована чугунная печка. Курень был настолько мал и низок, что в нем тяжело было долго сидеть.
Оба «наших» немца были списаны из войск ПВО после ранений на Восточном фронте. С первых же дней наши отношения с ними трудно было назвать нормальными. Они вели себя кичливо, обливали нас презрением. Особенно груб был командир, который только кричал и подгонял. Все работы по обслуживанию, ремонту, наведению порядка и ночные дежурства входили в наши обязанности. Январь и февраль выдались не сильно напряженными. Небо в этой местности часто закрывалось низкими облаками и долгим ранним туманом, что нависал над Рейном, его притоками, каналами и рейнскими городами. Свои рейды мы начали в городках Северный Рейн — Вестфальской области. Нас цепляли к поездам, нагруженным войсковым снаряжением, которые мы должны были охранять от американской авиации во время следования на Восточный фронт. В зависимости от ценности грузов и качества дорог охрана состояла из одной, двух или трех зениток, которые цепляли к хвосту и голове состава.