– У меня развязался халат, – сообщила хозяйка квартиры, с усилием выталкивая трудноузнаваемые слова.
– То, что у неё развязался пояс халата, Виктор и сам видел. Пояс халата развязался, и концы его свесились почти до самого пола. А вот левая грудь её довольно бодро посматривала на Виктора. И левая нога, поставленная на носок и выдвинутая чуть вперёд… И… Халат, видишь ли, у неё развязался! Виктор быстро сделал несколько шагов и затолкал женщину в ванную.
– Сиди тут и не высовывайся! – приказал.
– А если высунусь? – прозвучало с вызовом.
– Сиди! Чего ты добиваешься? Неприятностей на свою… голову?
Он вышел и глянул на дверь – шпингалет был сорван.
– Ч-чёрт! – выругался Виктор. Ноги, что ли, ей связать?
Но вспомнил её аппетитно смотревшуюся ногу и решил пока воздержаться от связывания ног. Привязав хозяйку полотенцем к трубе горячего водоснабжения, он отправился в комнату и приступил к обыску.
– Красавчик, тебя интересует моё бельё? – услышал он спустя несколько минут.
Виктор обернулся. Женщина стояла перед ним, глаза её улыбались.
Виктор швырнул белое ажурное боди, которое было в его руках, обратно в шифоньер и зашипел:
– Марш в ванную!
– Я уже была в ванной, – ответила женщина с невозмутимостью.
Чего эта баба добивается? Может быть, она тянет время, рассчитывая, что кто-нибудь (или конкретный кто-то) придёт и прибавит ему проблем? Виктор шумно выдохнул, подхватил женщину на руки и отнёс на диван. Потом оторвал пояс от её халата и принялся связывать ей ноги, стараясь удерживать взгляд на уровне лодыжек.
Неожиданно раздался чиркающий звук расстёгиваемой молнии, и, прежде чем Виктор что-либо сообразил, брюки его упали вниз. А две пухленькие женские ручки – когда она распутала морской узел, им лично сооружённый? – уже стащили к самым его ступням и трусы. Виктор нагнулся, чтобы вернуть трусы на прежнее место, но женщина, быстро приняв сидячее положение, резко толкнула его обеими руками.
И Виктор упал на пол, ударившись при этом о ножку стола головой. То ли крепко зажмурился он, то ли, как говорится, свет померк в глазах, но в течение какого-то времени он ничего не видел. Однако в восприятии тактильных ощущений перерыв, кажется, отсутствовал. Над ним было женское тело, с мягкой грудью, тёплым животиком и горячими губами, не жёсткими, но сильными и быстрыми.
– Испугался? Тыне… бойся, – шептала женщина, вклинивая слова, а то и слоги, в паузы между поцелуями. – Ятебя… не… съемяис… ку… саю… невол… нуйсяраз… будимтвоего… птен… чика… онто… жеиспугался.
Ему бы спрятаться за поликарбонатный щит и кевларовую каску. Или собраться с силами и отшвырнуть эту бабу. Что она себе позволяет! Хищница! Коварная. Завернуть ей руку за спину и сбросить со своего тела…
Не по-джентьменски, однако. Как-то не по-мужски. Хотя сил у него хватит. Силы ещё есть. Правда, да, без сомнения, начался неконтролируемый сознанием процесс концентрации энергии отнюдь не там, где следовало бы.
И даже руки ведут себя недостойно – гладят спину женщины и касаются пальцами пухленьких полушарий. «Надо будет закончить обыск», – мелькнуло где-то на периферии сознания. Совсем далеко. Словно в районе большого барьерного рифа у Северо-Восточного побережья Австралии.
17
– А ты романтик. Я сразу поняла.
Люба (так звали тётку Татьяны) и Виктор лежали в постели. Люба гладила Виктора по груди и пыталась поймать его взгляд.
– Может быть, – пожал он плечами.
– Не «может быть», а именно так. Вспомни, как ты вломился ко мне. Столько страсти! В твоих во всех действиях было столько страсти и неутолённого желания!
– Желания? – удивился Виктор.
– Именно.
– Ты преувеличиваешь. Ведь моей целью…
Люба, не дослушав, проговорила:
– Не отпирайся. Я помню твой взгляд. А как за ногу ты меня хватал. Я видела твоё лицо.
– И что же – лицо? Что увидела?
– Твоё лицо, милый, произвело ошарашивающее впечатление. Буря и ураган!
– Ты метеочувствительная женщина.
Люба перешла на шёпот.
– Случился энергетический пробой. Я ведь, обычно, очень закрыта. Ты мне не веришь? Ты сейчас улыбнулся, как будто не веришь. А я тебе говорю, что это так!
– Да верю, верю я, – вздохнул Виктор.
– А на лице у тебя – недоверие! – возразила Люба и стукнула его по груди кулачком.
– Не может быть.
– А вот – да. Ты энергетически безграмотен. А вот я скажу тебе, что бывают такие случаи, когда моментальный выброс энергии всё меняет вокруг: окружающую среду, пространство, даже время.