– Ну так считай быстрее!
– Куда такая спешка? – удивился Бабухин. – Ты лучше объясни, что за стрельба такая вдруг?
– Считай, что я вам прикрытие организовал, – с усмешкой ответил Виктор.
– Ничего себе прикрытие! Сначала с одной стороны, а потом и с другой стороны начали палить. У кого-то из моих тоже оружие оказалось.
– У каких это «моих»? – не понял Литиков.
– У тех, которые в меня вцепились возле метро, – пояснил Бабухин.
– Кстати, о чём вы там орали? – поинтересовался Литиков.
– Да так, разногласия по процедурным вопросам, – махнул рукой Бабухин.
Машина остановилась.
– Поедете на метро, – сказал Виктор.
35
Взяв по бутылке пива, Бабухин и Литиков спустились в метро. Плюхнувшись на лавку, Литиков повернулся к присевшему рядом с ним Бабухину.
– А ведь мы уже давно могли ехать в тёплом вагончике.
– В машине замёрз?
– Не в этом дело, – состроил многозначительную гримасу Литиков. – Сядь мы в метро пораньше, денег у нас сейчас было бы в два раза больше.
– На что ты намекаешь? – ощетинился Бабухин.
– А ты забыл? Мы же на метро договаривались с тобой обрываться. Чтобы нашего общего друга Витюню кинуть.
– Ты меня обвиняешь?
– Но ты, Паша, извини! – удивился вопросу Литиков. – Не ты ли побежал к машине? Мы с тобой договаривались… На рекогносцировку ещё ходили.
– Побежал, значит, так надо было! – рявкнул Бабухин. – Ты видел, сколько их было? А ты под ручку с каким-то хмырём разгуливал. Голубой, что ли?
– Хмырь?
– Да ты! И он тоже.
– Насчёт хмыря не знаю, – посуровел Литиков, – а меня трогать не советовал бы!
– Крутой такой?
– Да, я крутой, – вскинул голову Литиков. – Ты профукал сегодня половину из заработанного, а я верну.
– Как ты вернёшь? – скептически усмехнулся Бабухин.
– Заберу у Витюни обратно.
– В таком случае тебе на следующей выходить. И – в обратную сторону, – издевательским тоном произнёс Бабухин.
– Зачем? – улыбнулся Литиков. – Он же сказал, что подремонтирует машину и заедет к нам.
– Уж не пришить ли ты его собрался?
– Есть способы попроще. Да и, к тому же, эффективней.
– Что-то тебя не понимаю. Пояснил бы.
– Иди сюда! – Литиков приблизил лицо своё к уху Бабухина и что-то прошептал.
Бабухин рассмеялся.
– Ну и балабол же ты. Ты хоть понимаешь, что проблема на проблеме тут? Надо же не только найти, но и проникнуть в логово. А кто сказал, что деньги он хранит дома? А? Подумал об этом?
– Вот если деньги не дома, то… – Литиков задумался.
Результатом его раздумий, а также последующих возлияний стало то, что вечером, подмигнув Бабухину и попрощавшись с засобиравшимся уходить Виктором, Литиков быстро набросил куртку, нахлобучил шапку и заспешил за сигаретами. Якобы.
Выйдя во двор, он скорым шагом направился к «Волге». Лишь бы c замком багажника удалось быстро справиться. Но – повезло, и вот уже Литиков вглядывается в сумрачное его нутро. Огнетушитель, домкрат, какая-то сумка, ещё что-то. Он принялся лихорадочно распихивать всё это по углам. Улёгся. Осталось опустить крышку. С трудом, но справился и с этим.
Ехали долго. Литиков замёрз, он околел. Особенно ноги. Он шевелил пальцами ног, напрягал всё тело – помогло очень незначительно, так мало, что и шевелиться стимула не было. Будь что будет. Бог не выдаст – свинья не съест. Литиков прекратил борьбу за выживание, просто лежал и вслушивался в шум мотора. Прекратится же он рано или поздно!
Когда, в конце концов, машина остановилась, он уже не способен был обрадоваться этому обстоятельству. Сознание его отметило: автомобиль остановился, хлопнула дверца, шаги упоскрипывали куда-то, где их не стало слышно. Надо выбираться наружу. Литиков попробовал пошевелиться. Ничего не получилось. Стало страшно.
И Литиков задёргался, забился в мертвящей тесноте багажника, не помня даже, что в первую очередь надо справиться с замком крышки багажника. Что-то страшно зашипело. Змея?! Ой, мамочка! И тут стало сыро. Влага – извне, не биологического происхождения. Огнетушитель! Он задохнётся, захлебнётся или утонет. Перед его глазами вдруг появилась виденная в раннем детстве белая нога утопленника.
Но Литиков спасся. Багажник открылся, и он вывалился наружу. Как это произошло? Литиков огляделся в поисках спасителя, однако никого не увидел. Значит, он сам себя вызволил. Холод вновь взялся за него, и Литиков поспешил к крыльцу дома. К крыльцу дома или дачи. Что-то двух или трёхэтажное – он не пытался разглядеть.