Непонятно, сколько времени мы так сидели. Я то засыпала, то снова тихо мурлыкала себе под нос песенки, что слышала в лагере охотников.
А Дрегон… превратился в статую. Иногда гладил меня по голове, но чаще — просто сидел с закрытыми глазами, едва дышал.
Время тянулось как вечность. И только когда мой живот предательски заскулил, я осознала, что это вовсе не кажется.
Такие звуки организм издавал только если я пропускала обед или ужин. По ощущениям, я пропустила оба.
— Я есть хочу, — осторожно подсказала Дрегону, что игнорировать писк, разносящийся по пещере, больше не выйдет.
— Слышу, малыш. Прости, но придется потерпеть, — холодно отозвался он, не открыв даже глаз.
И всё, вот так просто — "придётся потерпеть". Обычно я более терпелива, когда меня кормят, но спорить снова не стала. Рано или поздно ему надоест жалобный писк моего живота, и он начнёт шевелиться. Осталось только отвлечь себя от мыслей о том, что подают в особняке на ужин.
И я, кажется, знала, как расшевелить эту каменную глыбу, пока он не стал частью этой пещеры.
— Рассказал бы хоть что-нибудь. Из своих историй про остров. Я уже устала спать или смотреть, как ты изображаешь статую, — тихо пробормотала, как обиженный ребёнок.
Дрегон приоткрыл один глаз, вздохнул.
— Что ты хочешь послушать? — обреченно поинтересовался.
Похоже, для старого ящера сидеть в полной тишине — привычное дело. А меня устроит любой рассказ, лишь бы не смотреть на его безучастное лицо.
— Каким ты был, пока не стал старым занудой и королём, — спросила я то, от чего он точно не откажется.
Больше, чем служанок в своей постели, Дрегон любил рассказывать о себе.
Он даже усмехнулся, пригласил меня сесть и, устроившись поудобнее, начал вещать.
Как обычно — история о прекрасной жизни на Острове Великих. Беззаботной, свободной. Жизни, которой он пожертвовал, чтобы спасти мою бабушку и королевство от Кровавого Короля.
На самом деле это была моя любимая история. Но вовсе не из-за хвастовства Дрегона.
Во время его рассказа, я всегда представляла, как моя строгая бабуля катается на драках, спорит с Кровавым Королем и его коварными советниками… и покоряет сердце моего упрямого деда.
Как-то нам не везёт с мужчинами.
То бабушка, то мама.
Почему мы не можем влюбиться в кого-то нормального? Или почему никто не влюбляется первым в нас?
Обычно за аристократками ухаживают — дарят украшения, цветы, сочиняют стихи, рисуют портреты, приглашают на балы.
А у нас…
Не сдержавшись, я тихо вздохнула.
— Вы излишне напористы, — прозвучал голос Дрегона. — Те леди, за кем ухаживают, приглашают и дарят — совсем по-другому себя ведут. Они не вламываются в ванну к мужчине, не рвутся спасать всех и вся, не стремятся покорить новый континент или жить в пустыне, — объяснил дракон, устало поводя плечами.
Подняв голову, я поняла, что сказала это вслух.
— И что же они делают? — настороженно поинтересовалась.
— Они выбирают наряды, оттачивают манеры, обучаются танцам и музыке. Невинно хлопают глазками, а не вламываются в чужую ванну под видом служанки… — Дрегон запнулся, начиная тихо рычать.
Кажется, ту шалость в ванне он будет вспоминать мне ещё долго. Спустя несколько вздохов дракон успокоился и продолжил:
— Они умеют обаять. Привлекают внимание мужчины одним лишь взглядом. Не устраивают скандалы, истерики или голодовки. Действуют тоньше, хитрее — так, что мужчина сам не понимает, как его склонили к нужному решению, — его губы скривились в ироничной усмешке.
— Тебе такие нравятся? — спросила я. — Я думала, драконицы следуют инстинктам и не соблюдают приличия, — удивлённо взглянула на Дрегона.
Именно так отец объяснил, почему среди всех дракониц он выбрал мою маму. Она была не такой, как остальные — живая, настоящая и не пыталась попасть к нему в постель. Этим и завоевала сердце Яриуса.
Дерзкая, но недоступная. У него не было выбора, кроме как жениться, чтобы получить её.
Нечто подобное случилось и у бабушки: герцог был вынужден поспешить, пока её не выдали замуж за другого.
— В большинстве своём, драконицы не слишком разборчивы в связях, даже не скрывая этого, — с запоздалым согласием произнёс Дрегон. — Поэтому всё реже создаются пары. Зачем завоевывать то, что само пришло в твою постель? Дракон – охотник по натуре, Рейна. И, к сожалению, сейчас в королевстве Великих охоту ведём не мы, а за нами. У магов все еще популярны игры, где мужчина может почувствовать себя главным, — добавил он с кривой улыбкой.