Только вот, объявив радостную новость, королева Вайолет почему-то смотрела на меня с жалостью. А на топчущегося рядом Дрегона — с гневом.
— Можно мне на остров? — обхватила руку короля и с надеждой заглянула ему в глаза.
В ответ по комнате прокатилось звонкое:
— НЕТ!
***
Всё бы ничего, но это было тройное "нет" — Короля, Королевы и Герцога.
Такое случалось впервые.
— Вы от меня что-то скрываете. Что с мамой или с папой? — прищурившись, спросила я всех троих, не отводя взгляда.
— Нет, Рейна, с твоей мамой всё в порядке, — неожиданно попытался меня утешить Дрегон.
Впервые, вне нашей спальни и при свидетелях, он сделал попытку меня обнять, но я тут же отшатнулась.
С чего бы в короле проснулась забота?
Все эти месяцы он делал вид, что за пределами нашей постели меня не существует. Случилось что-то плохое...
С подозрением я перевела взгляд на притихшую бабулю.
Мы были в покоях Королевы, в той самой гостиной, где обычно устраивали чаепития. Сквозь приоткрытую дверь с балкона в комнату врывался дневной свет, а блики от канделябров играли на фарфоровых чашках.
И во всей этой привычной атмосфере уюта — хмурый, нервный вид бабушки смотрелся особенно неестественно.
Она сидела рядом со своим мужем, теребила подол платья и старательно смотрела то в угол, то на Дрегона, то на дедулю — куда угодно, только не мне в глаза.
— Я хочу увидеть маму и брата. Они не могут прилететь — значит, я отправлюсь на остров, — снова настойчиво произнесла я, сжимая кулаки.
Эти игры и скрытные тайны утомили. В этот раз промолчать не выйдет. Если нужно будет — я и Драйгоха разбужу. Но не позволю больше вести себя со мной как с неразумным ребенком.
Бабушка метнула взгляд на дедулю, который излишне быстро начал поглаживать ее руку. А передо мной снова встал Дрегон.
Они явно сговорились. И после той ссоры, он впервые встал на ее сторону.
Что за драков зад тут творится?
— Я хочу на остров. Или ты сам отнесешь, или я найду другой способ, — упрямо повторила я, упираясь взглядом в напряженного короля.
Мощные руки Дрегона легли мне на плечи, а его глаза вспыхнули магией.
— Нет, Рейна. Пока не проведут обряд посвящения и маленькому дракону не дадут имя, на остров вход только чистокровным драконам, — повторил он.
Глаза короля сияли, скулы резко заострились. Он отчаянно не хотел, чтобы я попала туда. Но почему?
— Мама не дракон, — напомнила я, дёрнувшись и пытаясь вырваться из его хватки.
Король не позволил.
Напротив — сжал плечи сильнее, словно боялся, что я сейчас выскользну.
— С того момента, как Кайла родила тебя, она не чувствительна к нашей магии, — процедил Дрегон с нажимом.
Он говорил медленно, будто магией старался отпечатать в моей голове каждое слово.
Что ж, получилось — но только отчасти. Возразить было нечего, но ощущение, что что-то скрывают, не исчезло.
— Допустим... и когда же этот обряд? — неуверенно уточнила я, нахмурившись.
Хватка ослабла, Дрегон кивнул — и, кажется, облегченно выдохнул.
— Он будет длится неделю. Я вернусь – и после приёма ты сможешь навестить маму и брата. До того момента на острове будет слишком много магии, чтобы пробудить силу Источника. Для тебя, как и для твоей бабули, это опасно, — сухо произнес он, отводя взгляд.
Магию Источника?
О таком мне никто никогда не рассказывал.
— Странные обряды... И почему вы не говорили мне раньше? — с подозрением посмотрела я на бабушку и дедушку.
Это и была их страшная тайна?
Магический Источник и какой-то древний ритуал, о котором я ничего не знаю?
Внутри тревожно звенело. Всё ещё что-то не сходилось.
А по поведению бабушки и дедушки было видно — Дрегон сказал мне далеко не всё. И помогать ему они явно не собирались.
Натянутая улыбка. Замирание. Взгляд в пол.
Каждая мелочь в их реакции кричала о недосказанности.
— Что-то вы не договариваете, — я снова повернулась к Дрегону, уже не пытаясь скрыть раздражения.
— Если она узнает потом, будет ещё хуже, чем с Кайлой. Мы не станем вмешиваться, как в прошлый раз. Вы с Яриусом решали, что нам можно говорить девочке, а что пока ещё рано. Вот теперь сам всё объясняй, — тихо сказал дедушка и неожиданно поднялся.
Не позволяя бабуле вставить ни слова, он быстро увел ее прочь — прямо из их собственной комнаты.
А вот это уже совсем нехорошо.
Это как это — они с Яриусом решали, что мне можно знать, а что нельзя?