— Дрегон, ты меня задушишь. Я пить хочу, — прошептала я рычавшему ящеру, и его хватка ослабла.
Он открыл один глаз, осмотрел меня, комнату, а потом перевернулся на живот.
— Я ещё сплю. Даже если это место захватят бешеные драки, а весь город будет пылать – я не встану с этой кровати до обеда, — торжественно сообщил король и обхватил подушку руками.
Такого Дрегона я прежде не видела.
Он выглядел слишком расслабленным и спокойным. Мерно дышал, и магия, как ни странно, не бушевала.
Рассматривая широкую спину, я забыла, куда шла.
Только ужасные раны напоминали, что это спокойствие далось нам обоим нелегко. Мои шрамы были внутри, но тоже ныли, откликаясь отголосками страха.
И не зря.
Наше с королем спокойствие длилось недолго.
Стоило выйти из ванной и подумать о том, чтобы вернуться в кровать полежать, — в покои постучали.
— Ваше Величество, Ваше Высочество, прибыл первый советник Повелителя Великих. Он настаивает на немедленной аудиенции, — неуверенно проблеял слуга из гостиной.
— Отец? — удивлённо спросила я.
— Яриус? — синхронно повторил Дрегон.
Судя по напряженному взгляду и тому, как он мигом скрылся в ванной, визит и срочная аудиенция не были связаны с внезапной заботой обо мне.
Не просто так отец бросил такого желанного наследника и явился к нам прямо в спальню.
Хмурый Дрегон, который тщательно расправил моё платье и прижал к себе, только усиливал беспокойство.
— Что бы он ни говорил – молчи, — быстро прошептали мне в ухо. — Он прибыл не как твой отец, а как представитель Повелителя. Наверняка Кайюс проболтался об источнике и прислал его торговаться. Просто доверься мне, малыш, и помни: всё, что слышишь – говорит не твой отец. Это дракон, который преданно служит своему Повелителю. Молчи, я сам всё решу, — он взял мою руку, переплетая наши пальцы, и направился в гостиную.
***
Едва покинув пределы спальни, даже без слов ящера, я поняла: визит — официальный.
Обычно на такие меня раньше не звали.
Как объяснила бабуля, отец не хотел пугать свою малышку грозным видом первого советника.
Теперь я понимала почему.
Строгий костюм, гладко уложенные волосы и глаза, пылающие магией и прожигающие насквозь. Нас пришли не иначе как казнить, судя по тому, как осматривали.
Даже во время последней нашей встречи, он не выглядел настолько отстраненным и чужим.
— Ваше Величество. Принцесса Рейна, — холодно кивнул Первый советник.
Нет, это точно был не мой отец. Вероятно, только драконы так умеют — смотреть сквозь тебя, будто вовсе не замечая.
А я глазела на некогда заботливого родителя и не могла отвести взгляд.
Как сильно он изменился — стоило мне из единственной любимой дочери, стать первой неудачной попыткой получить полноценное потомство.
Я глядела на Яриуса, а он смотрел на короля.
— Прошу, советник Яриус. Что привело вас в наши с МОЕЙ ПАРОЙ покои в такую рань? — тем же холодным тоном короля спросил Дрегон, указав отцу на кресло.
Маска советника дрогнула. Всего на мгновение — сквозь холод прорвался гнев.
Ему не понравилось намеренно подчеркнутое “МОЯ ПАРА” из уст Дрегона.
Это внушало надежду, что всё происходящее — лишь игра. Два упрямых дракона будут изображать дипломатию.
За таким я бы понаблюдала.
Однако, весёлой игра казалась только вначале, пока звучали притворные любезности. Потом же, когда советник Яриус опустился до низкосортных угроз, — весело не было.
Я сидела, смотрела в окно гостиной и слушала, как собственный отец угрожает мне казнью.
Я оскорбила Великого Повелителя Драконов.
В качестве компенсации он требует неограниченный доступ в Красную Пустыню для поиска Источника.
Иначе…
— Иначе вашу пару обвинят в оскорблении первого потомка великого Драйгоха. От казни, положенной за такие проступки, великодушный Повелитель отказался. Особенно учитывая, что принцесса – единственная избранная первым королём наследница трона. Но, теперь у вашей пары есть крылья. А все, кто носит крылья – подданные Повелителя Острова Великих, — высокомерно вещал Яриус.
Большей чуши я в жизни не слышала. Даже удивлённо посмотрела на советника.
Он что, впервые в жизни решил пошутить?
Но нет — та же холодная маска. Тот же незнакомый мне дракон в теле моего отца.
Советник не шутил. Он угрожал. И все еще делал вид, что меня тут нет и ничего такого он не говорит.
Более того — говорил обо мне как о ком-то чужом, и от этого внутри больно кольнуло. Вот так просто — из дочери я превратилась в “пару”, “принцессу”, “наследницу”. Но не в его малышку. Словно никогда ею не была.