Дракон, увлеченный рассказом, замолчал, накрыл мои губы пальцем.
— Конечно, малыш. И вечером покажу, как сильно. А теперь – тш, я не закончил, — ласково сказал он, чмокнул меня в лоб и уже собирался продолжить… но замер.
На несколько секунд в комнате повисла тишина.
Бабушка с дедушкой переглянулись, плохо скрывая удивление, а Дрегон так и застыл, будто сказал нечто запретное.
— Что ж, думаю, можно продолжить утром. Идите, поужинайте, девочка совсем уморилась. Только выпуталась из одной передряги – тут же влипла в новую, — наигранно бодро сказал герцог, поднимаясь с нашего диванчика.
Подмигнув, он протянул руку бабуле, и та, скрывая неловкую улыбку, пожелала нам хорошего вечера.
***
Дверь за моими родственниками захлопнулась, а мы с драконом так и сидели.
Я смотрела на застывшего Дрегона, а он… казалось, боялся пошевелиться.
— Можем сделать вид, что я ничего такого не слышала, — подсказала ему выход, погладив по руке.
Выдохнув, он наконец посмотрел на меня.
Странный взгляд — такой, будто ему в грудь вонзили спицу. Столько боли я никогда раньше не видела, но совсем не понимала причин.
— Прости. Просто я слушала все эти ужасы, что ты рассказывал про остров, и так и не нашла ни одной причины, почему мама всё ещё там, — провела пальцем по груди Дрегона, но он поймал руку и коснулся губами.
— Она слишком сильно любит его. Она не видела темную сторону Яриуса. Не знает, каким он бывает с теми, кто встал у него или у Кайюса на пути. Для неё он – заботливый муж, любящий отец, — тихо объяснил дракон.
— Да уж… Интересно, что она скажет, когда узнает, что идея убить меня, отрезав крылья, принадлежала этому самому “любящему” отцу, — зло сказала я, а потом с глаз потекли слёзы.
— Мне жаль, малыш. Но она не узнает. Просто потому, что я не позволю им, — прижав меня к себе, Дрегон внезапно подхватил меня на руки, а потом пошёл в спальню.
— Кажется, я обещал тебе кое-что показать. И раз твои родственники такие понятливые – не будем откладывать, — прошептал он мне на ухо.
Что ж, это не то признание, но сгодится.
В любом случае — либо рыдать о том, чего не изменить, либо слушать тихие рыки Дрегона. Мой выбор был очевиден.
— Хоть ты и старый бурчащий дракон, но я тоже тебя люблю, — прошептала я в его шею – и меня чуть не уронили на пол. — Эй! — цепляясь крепче, я посмотрела на довольную улыбку ящера.
— Прости, малыш, спина уже не та, и руки слабеют. Возраст, понимаешь ли, — наигранно сказал он и толкнул ногой дверь в ванную.
Горячая вода и обжигающие руки Дрегона, губы, покрывающие кожу поцелуями…
Дракон заставлял меня выгибаться, тихо стонать, но не позволял получить то, чего жаждало тело и разбушевавшиеся инстинкты.
— Хватит меня дразнить, — простонала я, опираясь на его тяжело вздымающуюся грудь и подставляя шею для поцелуя.
— Хм… Что ты, малышка, разве я дразнюсь? Мы просто принимаем ванну, — ответил коварный искуситель и завёл руку между моих ног.
Тело пронзило удовольствие, от нахлынувшей страсти потемнело в глазах.
Но стоило мне издать протяжный стон, как наглый крылатый король ослабил давление и попытался убрать руку.
— Не смей, Дрегон. Иначе я её тебе отгрызу, — почти зарычала я, впиваясь когтями в ладонь, которая дарила хотя бы отголоски наслаждения.
Но бесстыжий ящер лишь тихо хмыкнул и прикусил мое ухо, спускаясь поцелуями ниже.
Он издевался — и даже не пытался это скрывать.
— Какая грозная у меня пара. Помнится, тебя забавляло, когда я терял голову от страсти. Но в этот раз я покажу тебе, милая, что значит бушующие инстинкты. Теперь я слишком хорошо контролирую свои желания. А ты… — надавив на чувствительную точку внизу, Дрегон услышал ответ на свой вопрос.
А я была на грани. Готова умолять его закончить эту сладкую муку.
Ещё никогда ящер не распалял моё тело до такой степени.
Обычно он горел от желания, а я могла сбежать, заставляя его рычать и сверлить взглядом.
Сегодня всё было почти наоборот. Я выгибалась, стонала, угрожала. Тело жаждало ласки, прикосновений, поцелуев — и король этим пользовался.
Из-за подрезанных крыльев магия в теле крылатого короля больше не бушевала. Она блокировала боль и инстинкты, оставляя лишь жалкие отголоски прежней силы.
Дрегон практически стал магом. И это — ещё одна причина, почему Яриус объявился сразу. Пока король не восстановил силы, мы оставались без единственного дракона, способного противостоять Повелителю Острова Великих.