Новость меня не обрадовала. Подсознательно я не хотела находиться в одном доме с этим мужчиной. Рассчитывала, что он проспится и уедет. Но Сафин почему-то решил задержаться…
- Хорошо, - покорно кивнула и продолжила спускаться по лестнице.
- Как нога? Я хотел попросить у вас прощения за вчерашнее. Точнее – не хотел, но прошу.
Не стала ничего отвечать. Сказано всё было таким тоном, что ни о каких извинениях и речи не шло. Наоборот, в голосе звучала претензия. Трактовать сказанное можно было так: «Не надо было брыкаться и хромать бы не пришлось».
Руслан ушёл на кухню, а я доковыляла до своей комнаты и села в кресло, чтобы почитать книгу, пока Полина не позовёт на завтрак.
Ложиться на кровать во время присутствия в доме Сафина не хотелось категорически. Вчерашняя сцена ещё долго будет стоять перед глазами. И вообще, надо попросить у Эльвиры Сергеевны разрешение врезать в дверь замок или перебраться поближе к ней, на второй этаж.
Здесь я не чувствую себя в безопасности. Нет никакой гарантии, что пьяный визит Сафина в мою комнату не повторится.
Минут через двадцать заглянула Полина:
- Вера Анатольевна, завтрак накрыт.
- Спасибо, Полина Андреевна, - поблагодарила домработницу, - уже иду.
Когда доползла до столовой, семья была уже в сборе.
Руслан ел яичницу и хмуро листал телефон. Эльвира Сергеевна тоже была без настроения. Она тщательно пережёвывала овсянку, глядя в одну точку на стене.
- Приятного аппетита.
Вежливость – мой конёк, только всем сегодня наплевать на манеры. Мне никто не ответил.
Я села за стол, расстелила салфетку и принялась за кашу. Не любила овсянку, но в этом доме не капризничала. Кто я такая, чтобы для меня готовили блюда на заказ?
Завтрак прошёл в мрачной атмосфере. Руслан выпил кофе, встал из-за стола и небрежно кинул мне:
- Вера, жду вас в кабинете.
Мать тиранозавра оживилась:
- Что ему от вас нужно, Вера?
Её взгляд прошил насквозь, как рентген. Пришлось сознаться:
- Это я попросила Руслана Тимуровича о разговоре. Эльвира Сергеевна, вы же понимаете, что я не могу долго оставаться в вашем доме. Мне нужно устроиться по профессии, чтобы не потерять квалификацию. Если захотите, я буду к вам приезжать. Иногда.
Настроение у хозяйки испортилось окончательно. Она аккуратно промокнула салфеткой губы и холодно спросила:
- И когда вы намерены нас покинуть?
"Господи, ощущаю себя на допросе в гестапо".
- Как только разрешит Руслан Тимурович.
Я спрятала руки под стол, они немного подрагивали. Понимала, что одно слово «любимой мамы» – и меня запрут в этой тюрьме ещё на год, а то и больше. Сын найдёт рычаги давления, можно даже не сомневаться.
- Хорошо. Когда освободитесь, поднимитесь ко мне. Надо выбрать платье и украшения на вечер.
- Конечно, Эльвира Сергеевна. Думаю, наш разговор не займёт много времени.
«Фух, кажется, гроза миновала. Но радоваться рано. Надо ещё выдержать беседу с рабовладельцем, чтобы получить вольную».
- Садитесь, Вера Анатольевна, - оторвался от бумаг Сафин и указал мне на диван.
Не стала отказываться, нога болела.
- Так о чём вы хотели поговорить? - после завтрака этот пьяница выглядел намного бодрее.
- Руслан Тимурович, я прошу вас отпустить меня домой. Эльвира Сергеевна не нуждается в сиделке, она вполне здоровый для своего возраста человек. Чтобы восполнить недостаток общения, вам достаточно нанять ей компаньонку.
Мне же нужно заново начинать строить свою карьеру. Без работы я могу потерять квалификацию, и вернуться в профессию будет очень сложно…
Сафин внимательно смотрел на меня и крутил в руках ручку.
Не могла понять, какие мысли бродят в его голове. По выражению лица невозможно было определить, злится он или согласен с моими словами.
Пауза повисла в помещении неприятным для меня ожиданием. Я начала ерзать на диване, готовая встать и уйти, если он так и будет молчать.
Наконец, Руслан Тимурович снизошёл до ответа:
- Вера Анатольевна, у меня к вам есть деловое предложение. Но вначале вы должны дать мне расписку о неразглашении полученной информации.
Кровь отхлынула от лица. «Пятьдесят оттенков серого», прочитанные на первом курсе, навели на невесёлые мысли.
Рабовладелец усмехнулся:
- Чего вы испугались? Я же сказал: деловое предложение. К интиму оно никакого отношения не имеет.
- После вчерашнего вечера я уже ничему не удивлюсь…
«Боже, ну зачем я ему напомнила? Ещё бы достала красные трусы и перед лицом этого быка помахала».