Глава 25
В некотором роде преображение подъезда «Джексон Армз» из территории побоища в место для расследования преступления произошло более хаотично, чем само нападение. Главное правило — оградить место происшествия от посторонних, чтобы прибывшие полицейские, медицинские эксперты и сотрудники оперативной бригады (раньше она называлась судебной) могли работать, — выполнить было нелегко. Тела лежали одно на другом, раненые взывали о помощи, никакие инструкции никого не интересовали. Первый полицейский, оказавшийся на месте преступления (он дежурил в двух кварталах от «Джексон Армз» около станции метро), как раз и должен сделать ограждение, а также зафиксировать их имена и звания. Второму и третьему полицейским (судя по форме, они несли патрульную службу) надлежало сдерживать толпу, особенно натиск репортеров. К сожалению, все трое нарушили предписание. Они перевернули тела Инэ Алмейды, Катерины Николис, братьев Коан и черного подростка, который уже не выглядел закоренелым торговцем наркотиками, пытаясь обнаружить в них признаки жизни.
Затем на помощь подоспели Джексон и Голдберг, два ветерана полицейской службы. Они пришли в ужас оттого хаоса, который царил на Тридцать седьмой улице. Их вызвали с середины задания, сообщив, что преступление совершено, как минимум тридцать минут назад. Но до сих пор «Джексон Армз» не был огорожен желтыми ленточками, более того, гражданские лица дотрагивались до микроавтобуса, а репортеры в центре событий снимали, как медицинская бригада снует взад-вперед со своими носилками и кислородными подушками.
Люди с меньшим опытом, конечно, не знали бы, с чего начать. Но видавшие виды Джексон и Голдберг первым делом немедленно записали время своего прибытия в записные книжки, а затем внесли туда данные на трех полицейских, которые прибыли к месту преступления. Потом, когда лейтенант или, хуже того, начальник следственного отдела в Куинсе, начнет их расспрашивать, они смогут выдать этих троих как тельцов для заклания. И не будут чувствовать угрызений совести, не считая это предательством. С их точки зрения, жертвоприношение было лучшим из того, что заслуживали те кретины. Сейчас место преступления настолько истоптано, что невозможно установить последовательность событий, используя только вещественные доказательства. Придется опрашивать свидетелей и узнавать, как разворачивались события: с их слов оба были уверены, что причина преступления — в разборке между торговцами наркотиками.
Но Джексона и Голдберга ждали сюрпризы. Разделив свидетелей на группы и записав их данные, они вправе были рассчитывать на то, что показания сержанта Пола Данлепа и бывшего полицейского Стенли Мудроу, безусловно краткие и точные, значительно облегчат дело.
Оказалось, бывший полицейский с тридцатипятилетним стажем не может абсолютно ничего сказать.
— Объясните мне кое-что, — попросил Джексон, готовясь записывать показания Мудроу.
— Объяснить что? — Голос Мудроу был резким и нетерпеливым. Ему надо было срочно уносить отсюда ноги, но, будучи гражданским лицом, он не имел права покинуть место преступления до тех пор, пока следователи не отпустят его.
— Вон та штука под вашим пиджаком, которая так выпирает, это что, пистолет?
— Да, это пистолет.
Джексон не спешил со своим следующим вопросом. Его напарник и пять других следователей находились в разных частях коридора «Джексон Армз». Они беседовали с другими свидетелями. Место преступления наконец-то было огорожено, и жертвы отправлены, кто в больницу Элмхарст, кто в морг.
— А у вас есть разрешение на ношение оружия? — наконец спросил Джексон.
— Вы уже его видели. — Голос Мудроу становился все громче и напористее. Он сам провел тысячи таких опросов, но ему никогда не приходилось в качестве свидетеля мучиться от намеренно замедленного темпа беседы. Он знал, что дальше Джексон будет задавать вопросы еще медленнее, потом станет переходить от одного предмета к другому без какой-либо связи. Эта игра разработана специально, чтобы усилить тревогу виновного, а у подозреваемого вызвать неосторожные замечания и усилить ощущение того, что его поймали на крючок.
— Как долго у вас было это разрешение? — Джексон был высоким чернокожим мужчиной. Он отлично знал правила этой игры и был более чем недоволен, обнаружив, что лучший свидетель, какого только можно вообразить, человек, специально обученный делать точные наблюдения, во время случившегося стоял с закрытыми глазами.