Но это и означает тот самый перелом в войне, в которой сохранившаяся в целости промышленная мощь Ленинграда сыграет свою определенную роль. Это в первую очередь тяжелые танки КВ, которым противнику нечего будет противопоставить до лета следующего года, когда появится «длинная рука» — танковая и противотанковая 75 мм пушка с длиной ствола в 48 калибров. Целых десять месяцев войны в запасе имеется, чтобы переломить ее ход в лучшую сторону. Не столь малый срок, если Ставка распоряжаться будет толково резервами, которые уже имеются — «бригадизация» пошла полным ходом, практически все стрелковые корпуса восстановлены в боеспособности, пусть пока из трех, редко из четырех бригад, и по численности состава лишь немного превосходят пехотные дивизии противника. Но их уже много — семь десятков, хорошее такое дополнение к тем двумстам дивизиям, что уже сражаются на фронтах. И той сотни дивизий, которые или сформированы в ходе мобилизации, либо спешно восстанавливаются после разгрома в июньских боях. И если в июне преимущество было только в количестве соединений, но примерно на четверть меньше личного состава, чем в вермахте, то сейчас примерно полуторный перевес в живой силе, при значительном количестве дивизий и бригад, особенно за счет последних.
Восстанавливаются и танковые войска, по крайней мере, из тех шестидесяти одной дивизии большая часть уже переформирована в бригады. Да и полсотни отдельных танковых полков немалая сила, даже при сокращенных, минимально допустимых штатах. При этом превосходство в числе танков РККА сохранила, при этом с июля по август РККА получила тысячу новых танков, а будет еще больше, производство только развертывается.
И вот тут в Берлине серьезно просчитались, сильно недооценив возможности СССР, и переоценив свои собственные. Теперь Гитлеру нужны новые дивизии, а их пока нет, на развертывание потребуется несколько месяцев, до полугода. А за это время много воды утечет, и снега прибавится. Единственное, что плохо — господство в небе за врагом, и отвоевать его практически невозможно в течение года. И даже когда пойдет ленд-лиз, ситуация в воздухе мало изменится — нужны кардинальные перемены, без которых в ВВС РККА не обойтись, да и выпуск самолетов нужно увеличить.
— Главное, Кузьма Никитович, вышибайте у противника танки. Чем больше, тем лучше — вечером подбили, ночью бутылки с бензином внутрь кинули. А выгоревший танк уже непригоден для ремонта, только в переплавку. У тебя целая армия на один город завязана, как совсем недавно на Лепель, а Невель держать нам намного сподручней, особенно когда три других армии из окружения потихоньку вышли, сохранив боеспособность.
И это был факт — Северо-Западный фронт быстро восстановили, просто включив в его состав к оставшейся 27-й армии три правофланговые армии Западного фронта — 39-ю, 22-ю и 34-ю. В них пошло потоком маршевое пополнение и вооружение, стрелковые части быстро приводили в порядок, благо действовали железнодорожные перегоны до Великих Лук. Без взятия этих двух городов немцам не обойтись — они опосредовано прикрывают Ленинград и Москву, как раньше Лепель закрывал дорогу на Смоленск…
К лету 1942 года оставшиеся в вермахте легкие танки, бесполезность которых на поле боя стала полностью очевидной, начали переделывать в «панцер-ягеры», снимая башни, и вместо них устанавливая длинноствольные пушки, часто переделанные советские Ф-22, которые захватили трофеями…
Глава 47
— Бердичев — одна из важных ключевых точек войны. Отсюда противник может выйти к Днепру на достаточно широком протяжении, Василий Павлович. И отсечь Юго-Западный фронт от Южного фронта — думаю, вероятность такого развития событий достаточно велика. Да, мы принимаем меры, по правому берегу Южного Буга развертываем сразу пять «уровских» бригад, а города Вознесенск и Николаев нужно превратить в укрепрайоны. И даже если противник прорвется к Днепру, обеспечивать Южный фронт мы сможем морем, с Кавказского побережья и Крыма, на Одессу и Очаков.