Шапошников нисколько не удивился информированности Верховного главнокомандующего, тот частенько приказывал собрать про того или иного «выдвиженца» всю информацию, и не удивительно, что Сталина заинтересовала именно военная библиотека, которую посещал Евдокимов.
— Думаю, что академия столько знаний не даст, как изученная должным образом необходимая литература. Мало кто из нас умеет так читать, и делать из прочитанного однажды выводы. И то, что в академии не учился, во благо — имеет непредвзятый взгляд на вещи и происходящие события. К тому же хороший генерал разбирается и в артиллерии, и в танках, а в укреплениях тем более — он ведь командовал единственной «уровской» дивизией, и Лепель, считаю, потому и удалось отстоять, хотя пал Минск.
На последних словах в голосе прорвалось раздражение, которое Сталин вопреки обыкновению не смог скрыть. Именно после сдачи Минска, но узнав о том, что Лепель крепко удерживается, «хозяин» и вызвал к себе Шапошникова, и отправил маршала на Западный фронт с напутствием разобраться в обстановке, чтобы понять, что происходит на самом деле. Ведь и командование, и Генеральный Штаб, как он понял, смутно представляли, что творится на фронтах, а разработанные планы совсем не предполагали такого, весьма близкого к катастрофе, развития событий. И быстро вычислил те места, где красноармейцы не отступали, а дрались с противником, нанося немцам потери, и оба рядом. Первым Лепель, где сражалась группа генерал-майора Евдокимова, вторым Полоцк с Себежем, там, в многочисленных дотах укрепрайонов засели бойцы 22-й армии генерал-лейтенанта Ершакова. Может быть, именно тогда было решено произвести необходимые преобразования, создав Государственный Комитет Обороны, председателем которого и Верховным главнокомандующим стал сам Сталин, а начальнику Генштаба генерал армии Жукову дали указание перейти на всех фронтах к стойкой обороне. Именно с того момента и сам Борис Михайлович стал очень внимательно отслеживать все происходящее на Лепельском направлении, подчерпнув для себя немало интересного — сочетание «подвижной» и «эшелонированной» обороны, при этом строящейся на приспособленных к круговой обороне «узлах». Умелое применение тяжелой и противотанковой артиллерии, а также танков — а доклады самого Евдокимова маршал очень внимательно изучал. И как ни странно, но именно упорная оборона Лепеля несколько стабилизировала обстановку нам всей полосе Западного фронта, и дало ту самую короткую, но столь нужную паузу, которая позволила привести отступавшие войска в относительный порядок, успеть сосредоточить дивизии прибывающих на Западный фронт армий из состава «второго стратегического эшелона». И не только это — оставленная в составе ЮЗФ 16-я армия генерал-лейтенанта Лукина столь же упорно защищала Новоград-Волынский укрепрайон, и не дала 1-й панцер-группе генерал-полковника Клейста прорваться к Бердичеву.
— Посмотрим, что Евдокимов с Павловым решат — там все видно будет, — тихо произнес Сталин, положив трубку на стол. — Возможно, необходимое решение уже имеется. Но переход к стратегической обороне уже принес нам нужные результаты — выиграно время, появились отмобилизованные резервы. Нужно только простоять еще осень, это три месяца, к зиме все станет ясно. Лондон и Вашингтон нас поддержали, но помощь задерживается. Придется справляться собственными силами, Борис Михайлович, не нужно пороть горячку, время работает на нас…
СУ-76М появилась на фронте с большим запозданием, хотя необходимость в самоходной артиллерии понимали все. Вот только протянули почти два года войны, а там отцы-командиры всех рангов долго не могли понять, как правильно применять эту самоходку. Отсюда и обидные прозвища от тех, кто ее гробил в танковых атаках — «голозадый фердинанд» или «сука», и вполне ласковые от артиллеристов — «жу-жу» и «коломбина»…
Глава 49
— Дмитрий Григорьевич, это не совсем то, что нам нужно, вернее совсем не то. Как не переделывай плавающий Т-40 в легкий танк, он таковым и останется — малым и обреченным на беспощадное избиение, даже если пойдет во второй линии вслед за КВ и Т-34.Да и пушка ШВАК ничем не лучше ДШК, хотя пользы от нее немного больше — все же имеется осколочный боеприпас. Да, лобовая броня немного усилена, поставлена под рациональными углами наклона, кое-где доведена до приличной толщины в 35 мм, но 37 мм снаряд будет легко пробивать борт машины с любых разумных дистанций, а с фронтальной проекции с пятисот и ближе метров. Нет, такой танк нам не нужен. Совсем не нужен, но и без него никак не обойтись. Ведь других легких танков у нас в производстве попросту нет.