— И что это означает? — нахмурившись, спросил песчаник.
— Генины S — это смертники нашей деревни. У них нет ни семьи, ни близких… Они никому не нужны. Пушечное мясо, иными словами. Мы посылаем их выполнять миссии, которые явно не по плечу генинам, вернее, на миссии, которые они могут выполнить ценой собственной жизни. Их священный долг — защищать деревню, и они не имеют права отказываться от заданий. Собственно, Акеми на рассвете и направилась на одну такую миссию. Позавчера был похищен секретный свиток из нашего хранилища кланом отступников Скрытого Тумана. Мы не можем рисковать жизнями квалифицированных шиноби ради возвращения свитка, поэтому было решено его уничтожить. Все, на что способна Акеми, это пробраться в стан врага и взорвать свиток вместе с собой. Иначе ее схватят, и свиток так и останется у противника.
«Нет… Это не правда… Скажи, что это неправда… — мысленно обратился парень непонятно к кому. — Она не может умереть. Не может вот так меня оставить…»
Неожиданно Гаара схватил за горло ничего не подозревающего мужчину и грозно прошипел:
— А теперь либо ты говоришь мне, куда она направилась, либо я сворачиваю тебе шею.
«Где же этот чертов свиток?!» — дрожащими руками Акеми разгребала завалы каких-то тряпок и бумаги, которые, видимо, служили для разных обрядов. В старом полуразвалившемся деревянном здании неприятно пахло сыростью и какими-то лекарствами.
Поиски были безуспешными. Сердце больно и глухо колотилось о грудную клетку, словно хотело и вовсе выпрыгнуть. Время шло, а девушка все не могла найти то, что было нужно. Счет шел на минуты — ее вот-вот могли обнаружить, и тогда все бы прошло насмарку. Ее смерть была бы столь же бессмысленна и бесцельна, как и вся жизнь. Это пугало Акеми больше всего, потому что ее родители погибли героями, выполнив миссию. Все, чего она хотела, чтобы ее помнили так же — как героиню, защищавшую Песок, а вовсе не как генина, позорно провалившего задание.
Услышав шум и крики снаружи, девушка замерла. От волнения потемнело в глазах. «Черт, меня засекли!».Акеми бросила блуждающий взгляд на одну из полок. «Да вот же он!» — подумала она, заметив на ней свиток с эмблемой Скрытого Песка. Рука машинально, не спрашивая ее согласия, схватила нужный предмет.
За дверью послышались размеренные шаги. Осознав, что времени на размышления больше нет, куноичи достала из сумки с оружием взрывную печать. Дверь распахнулась. Кто-то вошел, и девушка решила действовать очень быстро — от этого зависел успех миссии. Акеми мысленно попрощалась с жизнью и, недолго думая, собралась прикрепить на грудную клетку злосчастную печать, как вдруг ее руку перехватили. Она зажмурилась…
— Ну и что ты сейчас пыталась сделать? — послышался строгий, но спокойный голос прямо у уха.
Разум отказывался верить ушам. Голос был знаком, но она не могла допустить мысль, что он здесь… рядом.
— Гаара, — шепотом произнесла Акеми и почувствовала, как глаза наполняются слезами.
В комнату с грохотом вбежали двое с криком «Эй, вы кто такие?! Что вы здесь делаете?!».
— Нам пора, — бесцветно сказал Гаара и, крепко сжав ладонь девушки, поволок Акеми за собой в сторону выхода.
Двое неизвестных метнули в их сторону кунаи. Акеми рефлекторно зажмурилась, но боли не последовало — ничего не последовало. Открыв глаза, она увидела, как песок Гаары прижимает противников к стене. Что было дальше, девушка даже не успела осознать. Она бежала за песчаником, который покровительственно тащил ее за собой, а то, что происходило вокруг, было плохо заметно из-за окружающего песка. Песок будто бы сознательно защищал Гаару, а вместе с ним и Акеми. Она понимала лишь то, что они вдвоем уходят из лагеря противников, и если бы не способности Гаары, они были бы давно уже мертвы. Вокруг были слышны только непонятные крики, призывающие их задержать, и размеренный шорох песка. Вскоре, исчезли и эти звуки. Девушка не могла понять — все закончилось, или ее слух просто больше ничего не воспринимал…
Гаара и Акеми молча шли по раскаленному песку пустыни. Отступники Скрытого Тумана не решились их преследовать, когда поняли, что имеют дело с самим Гаарой Песчаным из Суны. Акеми не могла поверить, что до сих пор жива, и все время пыталась сдерживать слезы, которые так и проступали на глазах по абсолютно неизвестной ей причине. Наконец, молчание прервал Гаара, который шел немного впереди и даже не оглядывался:
— Почему ты мне об этом не сказала?
Девушке не нужно было объяснять, что имелось ввиду под словом «это». Тяжело вздохнув, она тихо заговорила:
— Не хотела омрачать последний день своей жизни разговорами о неизбежном будущем.
Песчаник остановился и, когда она с ним поравнялась, тормознул за руку, развернул к себе и мрачно произнес:
— А если бы я не успел?
Акеми отвела взгляд:
— Какое это имеет значение… Я не понимаю, зачем ты меня спас. Я ведь никто для тебя.
— Может, и так… — выдохнул Гаара. — А я ведь так и не поблагодарил тебя.
— За что? — удивилась девушка и впервые за весь день улыбнулась.
Парень почти шепотом произнес:
— За то, что ты была со мной…
— Была? — переспросила Акеми. — А теперь, значит, не смогу быть?
Гаара приподнял брови:
— А ты разве этого хочешь?
Девушка вдруг почувствовала, как к ее щекам прилил жар, и, отведя взгляд, шепнула: «Хочу».
Гаара по-прежнему держал Акеми за запястья, и сейчас она очень жалела, что не имела возможности провалиться сквозь землю от своей бестактности. Песчаник приблизился ближе, и она вздрогнула, ощутив на своем лице его горячее дыхание. Секундой позже он осторожно и неуверенно коснулся ее губ, отчего сердце девушки забилось так быстро, как не билось еще никогда. Она так же неуверенно ответила на поцелуй, словно боясь спугнуть. Сквозь поцелуй Акеми почувствовала, как песчаник слегка улыбнулся. Ничего, что творилось вокруг, ее уже не волновало — только Гаара, так трепетно и неуверенно, в первый раз в своей жизни целовавший ту, которая просто искренне захотела быть с ним рядом.