ниться к Аннабель. Подойдя к своим пожиткам, Генри вытащил оттуда халат, потом зашел за ширму и быстро разделся. Халат завязывался на талии и закрывал мужчину от плеч до середины икр. Он чувствовал, что Аннабелье будет достаточно комфортно, или он надеялся, она довольно быстро освоится. Когда Генри вышел из-за ширмы, то увидел, что Аннабель накрывает на стол, расставляя принесенную им еду: сыр, хлеб и тонко нарезанные ломтики говядины. – Сэндвич? – спросила Аннабель, не глядя на него. – Да, пожалуйста, – он принес шампанское и налил два бокала, как только она закончила готовить бутерброды. Солнце уже клонилось к закату, так что Аннабель зажгла комнатные лампы и задернула шторы. Она села и, наконец, подняла глаза на Генри. Он улыбнулся ей. – Аннабель, я знаю, что ты нервничаешь. Можешь поверить, что я тоже? – он откусил кусочек своего бутерброда. Она удивленно взглянула на него. – Ты? – В некотором роде. Я хочу, чтобы у нас был долгий и счастливый брак. До сих пор всё было хорошо, не так ли? Она кивнула, потягивая шампанское. – Теперь позволь мне спросить тебя кое о чем. Думаешь, смотрительница когда-либо была счастлива в браке? – Нет. И она отзывалась о своем муже не очень лестно. – Есть много подобных браков, Аннабель. Но есть и много браков, которые таковыми не являются. Когда люди счастливы. И я считаю, что таких больше, потому что отношения партнеров приводят их к браку, а не наоборот. Теперь я знаю, что наш период ухаживаний был поспешным, но я верю, что у нас будет хороший брак. – Я хочу счастливой жизни с тобой, – изрекла Аннабель. Генри протянул руку и положил на спинку ее стула. – Тогда мы будем, Аннабель. Помнишь, что сказал проповедник? О положенных на твоего супруга началах? Обещаю сделать это для тебя, – он поднялся, обогнул кровать и выключил дальний светильник. Аннабель наблюдала за ним с широко раскрытыми глазами. – Помни, Аннабель, я ничего не сделаю против твоей воли. Но я считаю, что тебе понравилось обнимать меня. Не так ли? Она улыбнулась и кивнула, а затем скользнула на кровать. Генри скользнул вслед за ней и раскрыл объятия. Она прижалась к его боку и положила голову ему на плечо. Он обнял ее и притянул ближе, потом наклонил голову и поцеловал девушку в лоб: – Теперь, Аннабель, что же эта старая ведьма рассказала тебе о супружеской близости? Готов поспорить, что она лгала напропалую. Аннабель хихикнула. – Ну, она говорила что-то о заботящихся о своих змеях мужчинах, которые встают, чтобы грабить женские глубины. Генри расхохотался. – Змеи? О Боже. Бедная женщина. Она, должно быть, не пользовалась этим. – Она настаивала на том, что права, а затем указала на бедного старого коня на улице. Его «змея» висела почти до земли! – Она сравнила мужчину и лошадь? Ух ты. Я бы не хотел встретить ее мужа. – Ну, так что, она сказала мне неправду? – Обещаю, Аннабель, змеи в моих брюках нет. Однако у меня есть что-то похожее на то, что ты видела у коня, только более человеческого размера. Оно для того, чтобы можно было совершать супружеские сношения, и, Аннабель, ощущения должны быть восхитительными. – Оно выглядит как змея? – прошептала девушка. – Нет, и я хотел бы показать тебе его прямо сейчас, Аннабель, но думаю, нам нужно начать с чего-то попроще. Существует процесс любви, который может сделать это приятным для обоих партнеров. Хотя, существует еще одна вещь. – И какая же? – В первый раз женщине может быть больно. Не всегда, но как правило. Мы будем двигаться медленно, чтобы попытаться сделать это для тебя максимально удобным, насколько это возможно. – Генри, откуда ты так много об этом знаешь? Теперь настал черед Генриа краснеть и заикаться. – Я… э-э... я полагаю, что мужчины защищены не так, как женщины. Мы работаем с животными и всё такое, – он не собирался упоминать о своих юношеских выходках. – Я видел, что происходит, когда быка выпускают к коровам. В один прекрасный день, когда я читал книгу на дереве, мой брат выпустил быка. Он не знал, что недалеко находился я. Коровам, похоже, не очень понравилось. – Откуда ты знаешь? – Они просто стояли и жевали «жвачку». А если бы корове не нравилось, она поспешила уйти, тебе не кажется? Бык же не может удержать ее там, где она быть не хочет. И, кроме того, быки никогда не отличались изяществом, «бык в посудной лавке» и все такое. Аннабель рассмеялась. – Никогда не думала об этом. – Аннабель, то, что происходит на брачном ложе, так же естественно, как и то, что солнце садится ночью. Ты и я, мы оба созданы для этого. Вот почему у меня есть «змея», а у тебя – «женственные глубины», если выражаться странным языком смотрительницы. Потому что, если мы будем наслаждаться этой близостью, однажды Бог пошлет нам детей. Может быть, у них будут твои карие глаза. – Или может твои зеленые? Генри прижал Аннабель ближе. – Может быть, но у всего есть начало. По сути, с нами это началось, когда мы поцеловались в церкви, прежде чем поженились. Помнишь? Помнишь это ощущение? – Да. Оно было очень сильное. Я чувствовала твои губы даже кончиками пальцев ног. – Я тоже, – Генри начал водить ладонью вверх и вниз по ее руке. – Хочешь продолжать двигаться этим путем, Аннабель? Мы можем остановиться в любой нужный момент. Я просто наслаждаюсь ощущением, что делю это с тобой. Аннабель ничего не сказала; она только взяла себя в руки и нежно поцеловала своего мужа в губы. Генри продолжал отвечать ей, пока она не отстранилась, чтобы вздохнуть. Тогда он опустил девушку на спину и снова поцеловал, но на этот раз уже Генри приоткрыл свои губы, чтобы вкусить ее сладость. Он склонился над Аннабель и мог чувствовать, как их тела прижимаются друг к другу. Ее грудь оказались напротив его груди, и сердце мужчины от этого пустилось вскачь. Губы Генриа медленно двигались по ее щеке к мочке уха, которое он немного пососал, а затем слегка задел зубами. – Ох... – Аннабель ахнула. Генри посмотрел на нее сверху вниз и, улыбнувшись, прошептал: – Тебе понравилось, милая? – О, да. – Хочешь попробовать что-то еще? – Пожалуйста? Генри перебросил через нее ногу и, поскольку он целовал ее приоткрытые губы, на этот раз Аннабель обняла мужа за шею и запустила пальцы в его волосы. Она бессознательно толкнулась бедрами, стараясь соприкоснуться с каждой доступной частью его тела. Генри нежно лизнул девичью нижнюю губу, что заставило Аннабель охнуть и открыть рот. Мужчина воспользовался этим и просунул язык в ее потаенную теплоту. Он целовал жену требовательно и глубоко, ища ее язык, а как только нашел его, стал любовно ласкать. Аннабель застонала. Генри улыбнулся: – Мне нравится слышать твои вздохи и стоны, Аннабель, это поднимает мне настроение. – В настоящий момент у Генри была довольно ощутимая эрекция, и он упирался ею в бедро Аннабель, но не был уверен, что она знала, что ощущает. Должен ли он сказать ей, что его змея находилась на свободе? Наверное, нет. – Можно мне прикоснуться к тебе, милая? – прошептал Генри. Аннабель посмотрела ему в глаза, озадаченная и не понимающая, о чем он просит, но это не имело значения, потому что, что бы он ни делал с ней, ощущения казались райскими, так что всё, что она сказала, было: – Еще. Генри расстегнул пуговицу на ее платье, которая располагалась чуть выше сердца, потом еще одну над ней, продолжая целовать губы девушки, щеки, уши, шею, а после проложил дорожку поцелуев по пути расстегнутых пуговиц. Уткнувшись в изгиб ее грудей, Генри поцеловал кожу над ними. – О, Аннабель, ты совершенна. Девушка выгнулась и запустила пальцы в волосы Генри, постанывая его имя. Он выдохнул горячий воздух на ее прикрытый сосок, и голос ее осип от желания. – Пожалуйста, – попросила она. – Иногда одежда только мешает, - хрипло прошептал мужчина, приподнявшись на локте, - Можно мне снять свой халат? Лицо Аннабель пылало, но она кивнула. Уткнувшись носом в ее шею, Генри развязал халат и сбросил его с плеч. И очень обрадовался, когда, расправившись со своей одеждой, обнаружил, что девушка полностью расстегнула свою. – Аннабель, как же я хочу тебя. Он провел рукой по ее груди, очертив женские полушария, чтобы остановиться на животе. Генри наклонился и поцеловал жену в области плеча, вокруг груди, – но ни разу не коснулся ее чувствительного бутона, – вызывая у Аннабельы томные стоны, пока она не схватила ладонь мужа и не положила туда, где хотела ощутить, – себе на грудь. – Ты такая мягкая, – прошептал Генри, лаская ее там и дразня вершинки затвердевших пиков. Потом он повторил это губами и языком. Аннабель почувствовала такой электрический разряд по телу, что свободная нога дернулась вверх. Ее движения заставили торс Генриа скользить меж ее бедер. Он понял, что находится на опасной территории. Его пенис находился лишь в четырех дюймах от того места, где хотел быть. «Может быть, она еще не готова к этому шагу», – подумал он. По крайней мере, он больше не тычется ей в бедро. Генри все время посасывал и дразнил ее соски, смакуя дрожь желания и необходимости, пробегающие по его телу. Аннабель тяжело дышала, хватаясь ладонями за спину мужа. Генри поднял и посмотрел на ее лицо в тусклом освещении комнаты, но смог разглядеть на нем выражение чистого желания. – Аннабель, ты хочешь, чтобы я остановился? Она посмотрела на него и дернула бедрами: – Нет. Пожалуйста, не надо. – Следующий шаг, милая, включает в себя змея и глубины. Ты этого хочешь? Аннабель закусила нижнюю губу, закрыла глаза и кивнула. – Скажи мне, Аннабель. Ты хочешь, чтобы я