, - где Коржик? - Он не придет сюда, мэм. Сказал, что здесь слишком душно. Хотите, чтобы я открыла несколько окон? Душно? На самом деле здесь было довольно комфортно. Что произошло с Коржиком? Возможно, его нелюбовь к Льюису Блэку была слишком интенсивной, но всё, что она сказала Лорен, было: - Нет, в этом нет необходимости, Лорен. Здесь действительно достаточно комфортно. Коржик в порядке? - Кажется, да. Ворчит немного больше, чем обычно, но не так сильно, чтобы вы заметили. Они вчетвером сидели и наслаждались прекрасными блюдами из ломтиков ветчины, картофеля, зеленой фасоли и вкусными обеденными рулетами, которыми славился Коржик. Шёл обычный разговор, пока Льюис не спросил Генри: - Вы собираетесь на открытый пастбищный митинг, Генри? - Я думаю, что придется. Хотя это позор в начале нашего самого напряжённого времени года. - Это бесполезные усилия. Политиканы решили запретить открытые пастбища, и мы можем только принять это, - отозвался Льюис. - Это будет означать большие перемены в том, как мы ведем дела: ни наемных работников, ни перевода скота. Мы превратимся в фермеров, а не владельцев. Это усложнит работу для многих. - Вы собираетесь бороться? - Единственным способом, которым я знаю, как бороться и побеждать, Льюис. - И каким? - С помощью мыслей. – Генри широко улыбнулся Льюису. Аннабель собиралась расспросить Генри об этом поподробнее, когда они останутся одни. - Будет ли необходимость в ковбоях после того, как пастбища закроют, мистер Аллен? – спросила Розали. - Пока есть коровы, будут ковбои. Они просто должны будут выполнять свою работу немного по-другому. Возможно, нам и не потребуется столько ковбоев, сколько нам требовалось в прошлом, но хорошие ковбои всегда будут иметь работу. Розали вздрогнула, как будто сама мысль об этих шумных скотниках пугала её. Появилось множество вещей, о которых Аннабель собиралась подумать, когда у неё будет время. Она покраснела и предположила, что они уединятся на переднем крыльце за чашечкой кофе с пирогом, так как день прекрасный. Они провели остаток соседского визита, наслаждаясь видом и пирогом и, наконец, Генри и Аннабель смогли попрощаться с братом и сестрой, когда их коляска покатилась вниз по холму. - Думаю, что я начну учить тебя стрелять завтра, Аннабель. - Серьёзно? Ты заметил змей сегодня? - Заметил. Одну с глазами-бусинками, которые не могли оторваться от одной очень очаровательной леди. - Он заставляет меня чувствовать себя некомфортно, Генри. - Доверяй своим инстинктам, Аннабель. Будь осторожна сама, а я буду вдвойне осторожен по отношению к тебе. - Его сестра выглядит довольно хорошо. - Да, если тебе нравится такой тип внешности. У меня никогда не было времени, чтобы обращать на это внимание. - Она очень красивая, Генри. - И вполовину не так красива, как ты, - ответил мужчина и обвил руками свою жену. - Что с твоим зрением, Генри? – рассмеялась она. - Я вижу очень ясно, Аннабель, и я говорю тебе, что ей не сравниться с тобой. Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел, даже в Чикаго. Аннабель игриво шлёпнула Генри по груди. - Это то, что говорят все новоиспечённые мужья. - Аннабель, хотела бы ты спросить Льюиса Блэка об этом? Я уверен, что он согласится со мной. Она улыбнулась. - Розали Блэк – прекрасная женщина, Генри. Бесподобная. Генри пожал плечами и покачал головой. В его словах не наблюдалось контекста. Даже имя Аннабель было прекрасным. Он улыбнулся ей. - Мне нужно спуститься в загон. Увидимся вечером. Почему бы тебе не выбрать книгу, которую мы почитаем вечером? Аннабель озорно улыбнулась ему. - Полагаю, Камасутра не будет хорошим выбором, верно? Генри расхохотался. - Ты несравненна. Я думаю, Камасутра – это то, что нам нужно будет изучить как-нибудь. Ты должна признать, это не лёгкое чтение. Аннабель улыбнулась, кивнула и попрощалась с мужем. Она должна закончить оставшиеся дела. Несколько часов спустя девушка закончила со стиркой, и почти всё высохло. Она поменяла простыни на их кровати, и постельное белье пахло приятно и свежо. Аннабель решила погладить рубашки и платки Генри. Она нагрела три утюга на маленькой плите рядом с камином, чтобы могла использовать один, в то время как другие нагревались. Девушка разложила толстую ткань на столе и принялась за работу. Она орудовала утюгом довольно быстро и пела, пока работала, чтобы скоротать время. Аннабель гадала, какую книгу выбрать для вечера. Она заметила, что там было два романа Джейн Остин, которые она никогда раньше не видела, в коллекции деда Генри. Осмелится ли она выбрать один из них? Пожалуй, нет, тема была женственной, и, возможно, Генри бы это утомило. Миссис Аллен вспомнила, что видела красиво переплетенный том «Кожаный Чулок». Это была более трудная история, и, возможно, понравится Генри больше. Когда Аннабель закончила гладить и всё убрала, то решила, что у неё достаточно времени, чтобы помыться и смыть пот с волос. Сегодняшняя работа оказалась липкой. Девушка притащила ванну в спальню, а затем отнесла ведро к насосной станции, чтобы набрать холодной воды. После она поставила его рядом с ванной и направилась в кухонный домик, чтобы набрать ведро горячей воды. Единственным человеком, что там был, являлся Коржик, и он понуро смотрел в окно. - Коржик, ты болен? – спросила Аннабель. - Ничего такого, что хороший глоток виски не смог бы вылечить. - Я не знала, что ты пьёшь. - Только тогда, когда это нужно, мэм. - И ты нуждаешься в этом сейчас? - Кажется, что так. - Почему? – упорствовала Аннабель - Дела сердечные, мэм. Дела сердечные. - У тебя есть возлюбленная, Коржик? - В этом и проблема. Я хотел бы иметь возлюбленную, но она не будет иметь со мной никаких дел. Аннабель положила руку на его мускулистые плечи. Он действительно был больше похож на ковбоя, чем на повара. - Она знает, что ты чувствуешь? - Знает. Я сообщил ей об этом некоторое время назад. - И что она сказала? Он печально рассмеялся. - Она сказала – цитирую: «Ты думаешь, что ты, повар походной кухни, достоин Мисс Розали Блэк из Лейзи Би Ранчо? Самуэль Моррис, ты, должно быть, сумасшедший».