час у меня нет средств. – Ох, но они у тебя есть! – воскликнула Роуз. – У меня дома лежит несколько клетчатых бумажных занавесок, которые уже годами не используются. Я даже подумывала смастерить из них что-нибудь другое, но хлопок не любимая мной материя. Я была бы рада отдать их тебе. – О, Роуз, ты слишком щедра! – Ничуть. Ты можешь изменить свое решение, как только увидишь их, но они лучше, чем ничего. – Тогда я скажу Тайлеру смастерить необходимые приспособления. Спасибо, Роуз. – Почему бы нам вместе не проехаться верхом ко мне домой, чтобы взять их? – Это было бы чудесно, но нам бы не помешало взять кого-то с собой для защиты. – Пф! Мы не нуждаемся в защите средь бела дня! – Наверное, нет, но я знаю, что мистер Аллен предпочел бы, чтобы мы кого-то взяли. Я не хочу беспокоить его. – В самом деле, Аннабель, я прожила здесь всю жизнь. Никому не придет в голову помешать любой из нас на земле твоего мужа или моей. Зачем же нам отрывать мужчин от их работы? Ты же знаешь, как много они должны сделать сейчас, когда Генри решил совместить сельское хозяйство и скотоводство. Розали сделала дельные замечания, но также Аннабель знала, какой именно будет реакция Генри, если она пойдет на поводу у Роуз. Он был бы совсем не рад, если бы она поехала без сопровождения, и, кроме того, а что если брат Роуз сейчас дома? Льюис Блэк – первый, кто заставляет вопить ее внутреннюю тревогу. Нет. Она не поедет на ранчо Блэков без сопровождения. На самом деле, Аннабель решила, что вовсе не собирается туда ехать. Ей еще много за чем нужно проследить здесь до приезда Лилли и Мэтью. Поездка, так или иначе, займет большую часть дня. – Роуз, боюсь, сегодня мне придется отклонить твое предложение. У меня здесь очень много дел. – С этими словами она встала, отодвинула свой стул и обошла стол, чтобы встать около Роуз. Та выглядела разочарованной и, возможно, немного рассерженной, но лишь кивнула в знак молчаливого согласия и проследовала из кабинета за Аннабель. – Что ж, думаю, что я все равно поеду. В любом случае, нужно посмотреть, как идут дела. Возможно, кто-то сжег мой дом дотла, пока я отсутствовала, – рассмеялась она над собственной шуткой. – Может, возьмешь кого-нибудь из мужчин для сопровождения. Роуз? – На самом деле, я бы не отказалась от компании. Могу я похитить Самуэля на несколько часов? – Если он чувствует, что без него можно обойтись, то конечно, – улыбнулась Аннабель. С тех пор как кухня стала поделена на части, Коржик готовил все блюда на день раньше времени, так что было легко кормить людей и продолжать генеральную уборку. Это оказалось тем, с чем Аннабель и Лорен могли справиться самостоятельно. Так что, Коржик оседлал своего коня и вскоре сопровождал Розали обратно к ней домой. Аннабель и Лорен добавляли завершающие штрихи в столовой, пока Тайлер вырезал скобки и замерял карнизы, чтобы сделать дюбеля. Хозяйку всегда впечатляла изобретательность Тайлера. Он был немногословным, но мог сделать все, о чем бы она ни попросила: от бельевой веревки до мебели для насосной станции и карнизов. – Тайлер, где ты научился такому чудесному столярному делу? – Мой па, – только и ответил он. Аннабель ждала от мужчины разъяснений, но он просто сосредоточился на работе руками. Лорен остановилась, чтобы понаблюдать за работой Тайлера, и Аннабель впервые задалась вопросом об их отношениях. Она никогда не видела, чтобы они разговаривали или обменивались взглядами да улыбками. Но когда маленькая семья собиралась вместе, становилось очевидным, что они – единое целое. Никто из них не был разговорчив, даже маленький Мальчик. Аннабель посмотрела в угол, где он играл с какими-то деревянными блоками. Мальчику, вероятно, было три или четыре года. Аннабель не знала точно, потому что когда спросила его о возрасте, он просто тупо посмотрел на нее, словно она просила его полететь на Луну. Жена Генри наклонилась и подобрала один из блоков, который выпал из кучки Мальчика. Она впервые заметила, каким красивым этот блок выглядел. Это был идеальный кубик с гладкими гранями и намеком на резьбу. Аннабель присмотрелась и увидела мордочку щенка, глядящего из древесины. На противоположной стороне кубика была вырезана задняя часть щенка: на боковых сторонах – его бока; сверху – спинка; на дне – четыре маленьких отпечатка лап. Как изобретательно! Аннабель вернула Мальчику блок. – Твои блоки такие красивые. Я видела вырезанного там щенка. Мальчик улыбнулся, прижал блок, который она только что дала ему, к щеке и кивнул: – Май ля-би-мый. Аннабель улыбнулась и поднялась, как раз вовремя, чтобы увидеть нежность, с какой Лорен смотрела на своего сына. Отряхнув руки от пыли, она повернулась и увидела Тайлера, краем глаза наблюдающего за своими женой и сыном. Его обычно суровое выражение лица на мгновение смягчилось, а затем он вернулся к работе, сосредоточившись на карнизе. Постепенно Аннабель очень привязывалась к семейству Кроули. Они были простыми, как говорил Генри, но очень добросердечными и верными людьми. Генри упоминал, что Тайлер был одним из первых, с кем встретился, когда приехал на Запад. Он был мастером на все руки на ранчо Блэков, но ушел вскоре после того, как Генри купил собственное ранчо. Генри предложил ему работать на него. В течение нескольких лет все шло, как по маслу. А потом в один прекрасный день Тайлер из ниоткуда привел в дом жену. – Лорен, не могла бы ты помочь мне поставить на пол столы и лавки? Думаю, воск уже впитался, – попросила Аннабель. Лорен кивнула, и обе женщины вернулись к работе. Генри подошел к главному дому после долгого рабочего дня и руководства мужчинами, пока те выкапывали ямы под столбы, чтобы отгородить сорок акров земли. Он нанял опытного пахаря, который должен был прийти на следующей неделе, чтобы вспахать землю, и надеялся получить первый урожай пшеницы до конца июня. Молодой человек знал, что торопится, но обнаружил, что если зима будет суровой, то начинать следующей осенью будет уже поздно. Он рисковал, но другого выхода не было. Нужно было чем-то кормить стадо следующей зимой. Генри отправил людей в кухню-столовую поужинать, потому что хотел успеть переделать максимум дел за световой день. В конце концов, стемнело настолько, что сделать что-либо еще было невозможно, и он оставил все дела позади – по крайней мере, их физическую составляющую. Прежде, чем отправиться на поиски жены, он, как всегда, помылся. Затем заглянул в главную комнату дома, в их спальню, и только потом – в кабинет. Аннабель нигде не было видно, что, вероятней всего, означало, что она на кухне. Генри вспомнил, что сегодня его жена собиралась провести там работы по весенней уборке. Он уже собирался уходить, когда заметил, что она оставила на столе книгу. Ему стало любопытно, что же Аннабель читала сегодня. Улыбаясь, он подошел к столу, поднял книгу и прочел заглавие «Физиология человека». Аннабель всегда удивляла его своим выбором материала для чтения. Что же могло заинтересовать ее в получении информации о человеческом организме? Генри заметил, что она заложила место, где остановилась, небольшой полоской ткани. Из любопытства он открыл отмеченные страницы и вдруг перестал дышать. Тема на странице гласила: «Беременность». Генри скользнул на стул, а книга с глухим стуком упала на стол. Беременна? Так скоро? Как, если они женаты чуть больше месяца? Но затем он вспомнил, каким физически активным выступал этот месяц, и осознал, что единственный день, когда у них не было полового акта – тот, когда он находился в Денвере. В остальное время – ну, от кроликов они не сильно отличались. Ребенок? Это никак не укладывалось у Генри в голове. Часть его сознания смеялась над ним. Разве он начал поиски жены не потому, что хотел наследников? Конечно! Однако большую часть его сознания заволокло шоком и страхом. Он не ожидал, что его поиски семьи могут включать в себя такую стремительную влюбленность, и не было никаких сомнений, что он любил Аннабель. Каждая проведенная вместе минута становилась блаженством. Он не был уверен, что хочет делить ее с кем-то так скоро. Но Генри больше беспокоило то, что вынашивание детей – опасное дело. На самом деле, смертность при родах была наиболее распространенным явлением среди замужних женщин*. Что он будет делать, если Аннабель станет одной из тех, кто пополнит эту статистику? Беспокойство холодным камнем засело у него внутри, пока он думал о Аннабелье, идущей предательским путем процесса материнства. Ему была невыносима сама мысль потерять ее. Как эгоисту, Генри хотелось как можно больше времени проводить вместе, только вдвоем, прежде чем появится ребенок. Но это было тем, о чем он должен был подумать еще месяцы и месяцы назад, когда думал только о том, как приятно ощущать себя внутри нее. Он выругался, когда его тело автоматически отреагировало на эти мысли. Что ж, ничего не поделаешь. Ему придется просто ждать и наблюдать. Генри не думал, что получит подтверждение раньше, чем она расскажет ему. Вздохнув, молодой человек поднялся из-за стола и пошел на кухню. Он должен увидеть свою жену. Генри обнаружил ее по локти в мыльной пене, пока она мыла чайник. – Все еще трудишься, любовь моя? – спросил Генри. – Да, но я уже почти справилась. Я оставила для тебя немного ужина в духовке. – Она вытерла руки и взяла тарелку, которая грелась в духовом шкафу в специальной нише. Генри сел за кухонный стол, а девушка поставила перед ним таре