наю, как деликатно объяснить тебе, что это такое. - Ты можешь не быть деликатным, если это тебе поможет. Я не возражаю. Он прочистил горло. - Эта оболочка сделана из животных кишок и закрыта на одном конце. - Как оболочка для колбасы? Генри усмехнулся. - Да. А это колбаса… - Он взял Аннабельу за руку и положил её на свое мужское достоинство. Девушка фыркнула. - Так ты носишь это, пока мы близки, и оно ловит твоё семя? - Точно. Но «Французские Письма» сложно достать. У меня их нет, и я не имею представления, где их взять. Полагаю, я могу поспрашивать. - Это звучит довольно смущающе, Генри. Мужчина вздохнул. - Думаю, да. Я мог бы спросить в Денвере, это не так близко к дому. - Что такое «изъятие»? – поинтересовалась Аннабель. - Именно то, как это прозвучало. Перед тем, как распылить своё семя, я выйду из тебя и распылю его… на нечто другое. - Это совсем не похоже на получение удовольствия. - Это всё ещё может доставлять удовольствие, Аннабель. – Генри прижал жену ближе. Рука девушки всё ещё лежала на нём, и она начала дразнить мужчину мягкими ласками. - Следует ли нам начать практиковать этот новый метод сегодня? – спросила Аннабель. - Я не уверен, что нам следует, пока мы не узнаем, есть ребёнок или нет. – Он положил свою руку на низ её живота. - Ты имеешь в виду, что мы не должны быть близки, если я ожидаю ребёнка? – ужаснулась Аннабель. - Я не уверен. Не думаю, что мне стоит, не так ли? Не навредит ли это ребёнку? - Я так не думаю. Надеюсь, нет. - Тогда, возможно, мы не должны делать этого. Его слова расходились с реакцией тела. Аннабель продолжила свои действия. - Ох, Генри, сомневаюсь, что мы можем навредить ребёнку. - Мы можем попробовать кое-что, благодаря чему на тебя не будет такого давления. - И как это? – бросила Аннабель. Голос Генриа понизился практически до рычания. - Перекатись на бок спиной ко мне. – Аннабель сделала, как он просил, после чего молодой человек прижал любимую к себе и задрал её ночную рубашку до талии. Его пальцы скользили, лаская, пощипывая, поглаживая и любя её. Чувства, которые он будил в ней, разжигали безболезненный огонь в каждом нерве, что имелся у Аннабельы, и она выгнула спину так, что её голова расположилась на его плече. Сама же девушка повернула свои губы к мужу. Они целовались, пока она прижималась к нему, а его пальцы продолжали дразнить её грудь, живот и другие места. Его собственная готовность была очевидна, когда Генри прижимался к её спине, и Аннабель знала, что он хочет её. Внезапно мужчина подтянул её низ выше, положил девичью ногу поверх своей и вошёл в неё сзади – и это ощущалось изумительно. Они одновременно простонали, и их занятие любовью началось. Генри прижал свою руку к клитору Аннабель, пока они двигались, и она почувствовала давление, растущее внутри неё, которого никогда не ощущала раньше. Губы любимого находились на её шее, и все эти чувства вместе: его губы, руки, пальцы, весь он – скапливались и росли в её лоне; её сердце колотилось в бешеном ритме, и она поднималась выше, выше, выше, пока не упала. Долгий низкий стон сорвался с её губ, и внезапно Аннабель сорвалась в пропасть. Когда она кончила, Генри знал, что если он собирается использовать изъятие как меру предосторожности, то ему следует сделать это сейчас… и с немалыми усилиями он сделал это. Сопровождаемое тихим вскриком, тепло разлилось по спине Аннабель, и они оба упали, задыхаясь. Через несколько мгновений Генри скатился с кровати и подошёл к умывальнику, чтобы взять влажную ткань. Он вернулся в постель, чтобы вытереть спину Аннабельы. - Доставило ли это тебе удовольствие, Генри? - Я бы сказал, это было немного грязно, - его голос звучал уныло. Аннабель повернулась, когда он закончил, и растворилась в объятьях мужа. - Я такая сонная сейчас. Но Генри одолевало любопытство: - Аннабель, было ли это по-другому для тебя? Она не отвечала некоторое время, но потом нерешительно произнесла: - Было. Я почувствовала, как моя душа разрывается самым сладким способом. - Я доволен. Такие ощущения должны присутствовать каждый раз. - Это всегда восхитительно, Генри. Я люблю это каждый раз. – Она зевнула. – Но погружение в сон в твоих объятьях почти так же хорошо для меня. – Аннабель расположила свою голову под его подбородком. - Ты понимаешь, почему я хочу смаковать это блюдо, верно? - О да, Генри. Несомненно. – Они поцеловались перед сном, и им не нужно было грезить. Пара обнаружила, что их реальность оказалась лучше, чем любая мечта. Следующим утром на ранчо велась активная деятельность. Аннабель встала пораньше, чтобы убедиться, что всё на своих местах и готово к приезду Мэтьюа и Лилли, которые должны были приехать позже этим днём. Гостевая комната уже ждала своих хозяев, бычок был заколот Коржиком и несколькими работниками. Аннабель обрадовалась, что пришлось оставить эту непростую работу мужчинам. Тем временем она занялась своим огородом, в котором всё шло хорошо. Скоро они насладятся плодами её трудов. Плут всегда составлял ей компанию, пока она работала в саду. Он возился в грязи, обнюхивал растения и пытался прогнать странную птицу, гавкая и лая, тем самым выражая своё возбуждение. Тайлер построил собачью будку для него, так что, как только его можно будет разделить с его матерью, он станет настоящей садовой сторожевой собакой. Аннабель хотела, чтобы будка находилась за оградой со стороны сада, но Генри настоял на том, чтобы она была снаружи. Он бы предпочёл видеть Плута в качестве сторожа Аннабель, а не сада, и поощрял привязанность щенка к ней. Когда она закончила с садом, Аннабель повела Плута в сарай к его матери, братьям и сёстрам. Она провела несколько счастливых моментов, разговаривая с новым жеребёнком и его матерью. Девушка прислонилась к двери стойла и почувствовала, как две сильные руки обняли её сзади, а тёплые губы коснулись шеи. - Генри? – ахнула Аннабель. - Ты ждала кого-то другого? - На самом деле, я вообще никого не ждала. – Генри всегда осторожничал, когда дело доходило до публичного проявления чувств. Перед посторонними самым большим, что он себе позволял, было поднятие шляпы, когда он видел жену, и предложение руки. Хотя его взгляд в это время казался страстным, и это было заметно каждому, у кого хватало ума заметить это. Аннабель развернулась, чтобы посмотреть на любимого. - Вы очень смелый, мистер Аллен. - Я не смог устоять перед соблазном, миссис Аллен. Кроме того, здесь нет никого, только мы. – Его глаза скользнули к лестнице, ведущей наверх, где лежал стог сена. - Даже не думай об этом, Генри. Твои брат и сестра уже едут сюда, пока мы разговариваем, и мне нужно вернуться в дом и подготовить всё для них. Я планирую принять ванну и одеться, как подобает жене мистера Аллена. Я не хочу быть поймана с сеном на моей спине и в волосах. Генри усмехнулся. - Но это очень привлекательная картина, миссис Аллен. Я думаю, вы положите начало новой тенденции. - Новой тенденции для распутниц среди нас, я полагаю. Не думаю, что твои родственники это одобрят. - Они кажутся готовыми принять всё, что увидят здесь. Нам следует приучить их к изысканности тюка сена поздним утром. - Поздним утром? Сколько времени? - Скоро обед. - О, Боже. Мне нужно в дом. Я хотела одеться до полудня. Генри взял жену за руку, после чего пара вышла из сарая и начала подниматься на холм к дому. - Генри, ты думаешь, я понравлюсь им? - Я не могу найти причину, по которой не понравишься. Ты идеальна. - Это слова любящего мужа. Я не идеальна. Надеюсь, они не разочаруются. - Ты просто должна быть собой, Аннабель. Всё будет хорошо. Они разделились, и девушка провела следующий час, моясь и одеваясь. Она достала своё лучшее платье, то, в котором выходила замуж. Аннабель не носила турнюр с тех пор, как приехала на ранчо «Медвежья долина», но подумала, что следует немного принарядиться. Она не хотела, чтобы у её новых родственников появилось отвращение к ней. Наконец, жена Генриа закончила приводить себя в порядок и стала прибираться в спальне, попросив Лорен помочь ей с ванной. Та тоже нарядилась, готовясь встречать гостей. Она сделала завиток волос на лбу, но он сбился и теперь выглядел как знак вопроса, а не завиток. Аннабель гадала, что ей стоит делать. Она не хотела стыдить Лорен, но та выглядела довольно нелепо. - Лорен, ты бы не хотела, чтобы я сделала тебе причёску на сегодня? Я вижу, ты закрутила волосы. - Да, пожалуйста, - это было всё, что ответила Лорен, а затем последовала за Аннабель обратно в её комнату, где хозяйка усадила девушку за туалетный столик. Она вытащила шпильки из её волос и расчесала их. Мальчик стоял рядом с коленями своей матери, наблюдая за тем, что делала Аннабель. - Класиво, мама. Посмотрев в зеркало, Аннабель увидела отражение Лорен и в первый раз осознала, что та была довольно красивой со своими светлыми волосами и зелёными глазами. Аннабель улыбнулась и начала укладывать волосы Лорен в замысловатую, но устойчивую причёску. - Я любила заниматься волосами своих друзей в Вирджинии. Вот мы и закончили. Что ты думаешь? Лорен посмотрела на своё отражение и улыбнулась. - Спасибо, мэм. Выглядит хорошо. - Не за что, Лорен. Они покинули дом, а Мальчик по своему обыкновению шёл позади своей матери. Лорен пошла искать Тайлера, возможно, чтобы показать ему свою новую причёску. Аннабель улыбнулась и поспешила на кухню, чтобы посмотреть, нужна ли Коржику помощь. Там всё было под контролем, и Аннабель бы только мешала, если бы осталась. Она подумала о том, чтобы вернуться в