Генри и Аннабель, казалось, было так легко быть вместе. Хотя их поведение всегда казалось осторожным, для Генри было сложно скрывать любовь и желание в своих взглядах на жену, и, что самое удивительное, Аннабель отвечала на каждый его взгляд своим, в котором читалось столь же сильное обожание. Лилли никогда не смотрела на него так. А он бы хотел этого. Мэтью надеялся, что после того, как поженятся, они смогут отойти от условностей времени и просто будут счастливы вместе. Но поведение Лилли было таким же официальным после свадьбы, как и до неё. Даже исполнение супружеских обязанностей не умалило её чопорности и правильности. Она просто лежала, крепко зажмурив глаза, пока он действовал. И хотя Мэтью оказывался удовлетворён самим актом, он хотел, чтобы его жена получала наслаждение. Молодой человек прокручивал в голове разговор, что состоялся у него и Генри в день, когда они сеяли пшеницу. Безо всякого предупреждения Генри спросил, есть ли у него предохранительные средства. Заикаясь от удивления, Мэтью ответил, что есть. Оба мужчины покраснели, когда Генри поинтересовался, где он их приобретает, и Мэтью объяснил, что в Чикаго есть аптека, где их можно специально заказывать. Мэтью дал Генри адрес. Муж Аннабель поблагодарил брата и вернулся к работе. Мэтью был озадачен. Генри не хотел детей? Разве это не было первой причиной, по которой он искал жену? Единственной причиной, по которой у Мэтью имелись французские письма, было то, что он не думал, что будет мудрым сделать Лилли беременной во время путешествия, но, как только они вернутся домой, он избавится от этих проклятых штук. Генри уже пребывал дома, так что ему следовало работать над тем, чтобы создать семью. Это было странно, но Мэтью считал, что у брата есть свои причины. Однако, то, что он увидел Аннабель Генриа, лежащими вместе под звёздами, напомнило ему о том, что, так как Роуз уехала домой, Лилли в полном одиночестве спит в повозке на мягком матрасе. Он задумался, будет ли она наслаждаться его компанией? Был только один способ выяснить это, так что молодой человек забрался в повозку и снял ботинки с ремнем. Когда он лёг позади Лилли, она пошевелилась и перевернулась, не проснувшись. Он заметил, что её ночная рубашка оказалась открытой на шее, а пуговицы были не застёгнуты. Мэтью мог мельком увидеть ложбинку между её грудей, и это внезапно заставило его возжелать её. Он аккуратно притянул жену к себе так, что их тела оказались очень близко. Веки Лилли дрогнули, но не открылись. Она коротко выдохнула: - Мэтью. Но вот только всё ещё не проснулась. Он ей снился? Брат Генри потянулся вперёд, чтобы поцеловать любимую, и обрадовался, когда она ответила. Он раскрыл свои губы и легонько коснулся языком её губ, чтобы посмотреть, как она отреагирует. Лилли ахнула, но потом обхватила мужа руками и запустила пальцы в его волосы. Теперь она проснулась. Мэтью отстранился, чтобы заглянуть в её большие синие глаза, которые смотрели на него сонно, но с намеком на что-то ещё. Она выглядела наслаждающейся его ухаживаниями. Его сердце забилось быстрее от возбуждения. - Лилли, могу я любить тебя сегодня? - Где Аннабель? - Она спит снаружи с Генри. Полагаю, она не смогла вынести, что находится вдали от него. - О… ну, в таком случае, да, пожалуйста. Мэтью улыбнулся ей в ответ и потянулся для следующего поцелуя. Он был шокирован, когда она с энтузиазмом ему ответила, прижимаясь своими губами к его и сжимая в кулаке воротник его рубашки. Её язык робко дразнил уголок его рта. Она никогда не вела себя так смело. В ответ Мэтью углубил их поцелуй, и в первый раз их языки встретились в медленных, томных ласках. Когда они отстранились друг от друга, Мэтью удивлённо прошептал: - Лилли, это было удивительно. Она улыбнулась. - Разве так не должно быть? - Ну, да. Тебе понравилось? - Мэтью, мне всегда нравится, когда ты уделяешь мне особое внимание. Я просто не осознавала, что тебе бы понравилось, если бы я показала это. - Мне нравится, Лилли, определённо. Чем вызвано это откровение? Лилли кокетливо улыбнулась. - Кое-чем, что Аннабель сказала мне сегодня. - И что это было? - Ты замечал, какие они вместе? Генри и Аннабель? - Замечал. - Они выглядят такими совершенно счастливыми. Я бы хотела быть такой с тобой, Мэтью. Аннабель сказала, что, если бы я показала тебе, что люблю тебя и наслаждаюсь близостью с тобой, то порадовала бы тебя, ты бы полюбил меня сильнее. Мэтью уставился на Лилли в удивлении – в большей степени удивлённый тем, что такой разговор вообще состоялся между двумя женщинами; потом быстро решил, что теперь Аннабель его любимая родственница. Искра радости загорелась в его сердце, и он передвинулся, чтобы сказать: - Я не знаю, как возможно любить тебя ещё больше, чем я уже люблю, Лилли. Это всепоглощающе. Я боялся, что буду тебе противен, если покажу всю глубину моей любви, поэтому был нерешительным. Я рад, что мои ухаживания не отвратительны тебе. - О… - Мэтью удивил её. Она не знала, что его чувства так сильны. Они оба хранили секреты друг от друга из-за одного и того же глупого страха, что их любовь оттолкнёт другого, когда на самом деле верно обратное. Глаза Лилли блестели от слёз, и она, наконец, ответила: - Ты действительно любишь меня? - Конечно, люблю. Почему, ты думаешь, я женился на тебе? - Потому что мы составили хорошую партию, и наши семьи были довольны. - Лилли, я знаю, я лёгок на подъём, но не настолько. Я женился на тебе по одной причине, по единственной. Я потерял голову от любви к тебе. День, когда ты согласилась стать моей женой, был самым счастливым в моей жизни. Смею ли я надеяться, что ты можешь чувствовать то же самое? Лилли обхватила его шею руками и сказала: - Я чувствую то же самое, Мэтью. О, определённо чувствую. Они возбуждённо целовались, сердца колотились от счастья, тела реагировали в радости. После нескольких минут восхитительного изучения губ и языков, и рук, Лилли отклонилась и прошептала: - Покажи мне, как порадовать тебя, Мэтью. - О, Лилли, - произнес напряжённым голосом молодой человек. - Ты сделала меня самым счастливым из мужчин. - И ты делаешь меня самой счастливой из женщин, Мэтью. Так покажи мне… - Сначала, - проговорил он, потянув подол её ночной рубашки, - давай снимем это. Лилли хихикнула и прошептала: - Только если ты также снимешь свою одежду. Давай будем голыми вместе. Генри решил остаться в лагере с Аннабель, а не преследовать Льюиса. Он боялся, что если оставит её, то Льюис обязательно покажется, а его не будет здесь, чтобы защитить любимую. Он найдёт способ разобраться с Льюисом позже. Генри не мог игнорировать то, что тот сделал, но ему было нужно найти способ добраться до Блэка без того, чтобы Аннабель пострадала ещё больше. Решение пока не пришло к нему. Но одну вещь Генри знал: он разберётся с мистером Льюисом Блэком, даже если это будет последним, что он сделает. Молодой человек намеревался бодрствовать всю ночь, чтобы быть уверенным в том, что Аннабель в безопасности в повозке. Он растянулся на земле рядом с одеждой, завёрнувшись в одеяло и смотря на звёзды, что так ярко сияли в небе. Как сильно изменилась его жизнь с того полудня, когда он встретил свою судьбу на станции в Денвере! Генри закрыл глаза, вспоминая, как впервые взял её за руку; уверенность с первого прикосновения в том, что им суждено быть вместе. Он вспоминал, как она согласилась выйти за него, и они поспешили вниз по улице, чтобы найти священника. Какой мягкой и сладкой она была в их свадебную ночь, когда так охотно отдавала ему себя, и много ночей страсти, что они разделили после. Генри думал, что влюбился в неё вскоре после того, как встретил, но понял, что с каждым проходящим днём любил её всё больше. Внезапно он почувствовал движение рядом и, открыв глаза, увидел своего ангела, завёрнутую в одеяло и пытающуюся тихо лечь рядом с ним. Какой трепет он испытал, услышав, что она нуждается в нём, и открыл для неё свои объятья. Генри точно знал, что она имеет в виду. Следующим утром, когда Аннабель встала, чтобы заняться завтраком, произошло смущающее событие. Она крепко спала рядом с Генриом, но проснулась вовремя, чтобы приготовить завтрак, раз Коржика нет. Девушка направилась к повозке, чтобы переодеться, но обнаружила очень откровенную картину внутри. Аннабель откинула покрывало и увидела Мэтьюа с Лилли, крепко спящих на матрасе – и полностью обнажённых. - Ой! – воскликнула она и отошла. Генри, следующий за женой, удивился её поведению. - Какая-то проблема, Аннабель? - Мэтью и Лилли спят там, - прошептала Аннабель на ухо Генриу. Бровь Генриа выгнулась. - И что? Она сильнее понизила голос. - Они не одеты. Блеск в глазах Генриа соответствовал его озорной усмешке. Он схватил Аннабельу за руку и повёл её к той стороне повозки, где располагались головы Мэтьюа и Лилли. Молодой человек говорил немного громче чем обычно: - Ну, Аннабель, что ты планируешь приготовить на завтрак этим утром? Она удивлённо смотрела на него, на что он кивнул, и девушка продолжила: - У нас будут печенье и бобы этим утром, вместе с горячим кофе. - Звучит хорошо, милая. Возможно, тебе стоит пойти в повозку и переодеться. - Я сейчас вернусь, - сказала Аннабель, когда направилась к входу. Внутри повозки раздался шум и стук, а потом голос Мэтьюа пропищал: - Секундочку… Он выскочил из повозки несколькими минутами позже, его рубашка была выпущена, а пояс с ботинками мужчина держал в руке. - Доброе утро, Мэтью, - очень торжественно проговорила Аннабел