— Милорд, — радостно воскликнула леди Джейн, — наконец-то, вы приняли моё приглашение. Я уж и не надеялась заманить вас к себе.
— Говорят на ваших вечерах очень весело, — герцог увидел, как Аврора закатила глаза, — вот я и решил присоединиться к вам.
— Вот и славно, — леди Джейн проводила Кейдена к свободному месту. — А кто говорит? — поинтересовалась она.
— Маркиз Ньютон, — беззаботно проговорил Кейдн, присаживаясь на стул.
— Да, — воскликнула хозяйка, — он почему-то опаздывает.
Аврору начали терзать подозрение. Ох, не зря Ник опаздывает. Наглая улыбка Кейдена только подтвердила её догадки.
— Пора начинать, — хлопнула в ладошки леди Джейн.
— А как же Ромео? — раздался голос в зале одной из матрон. Кейдн сразу же предложил свои услуги.
— Я могу его заменить, — обратил он на себя внимание, — только у меня книги нет. Я же не знал, что вы читаете Шекспира, — соврал он.
— О, — обрадовалась леди Джейн, — спасибо, милорд. Садитесь рядом с леди Аберкорн, она у нас читает Джульетту. Аврора, вы не возражаете поделить книгу с герцогом?
— Нет, — проговорила сквозь зубы Аврора с натянутой улыбкой на лице.
Кейдн встал и пошёл в направлении столов. Красные скатерти ровной тканью лежали на поверхности и уходили в пол, закрывая обзор под стоящими полукругом столами, что не могло обрадовать герцога. Он нагло улыбнулся. На столе около каждого читающего стоял графин с водой и бокал. Кейдн обошёл столы и сел лицом к гостям.
— Итак, — сказала довольная леди Джейн, — акт второй, сцена вторая.
Пока читающие открывали свои книги, Аврора зло прошептала герцогу:
— Ты что вытворяешь? Где маркиз?
— Где маркиз, я не знаю, — ответил он на второй вопрос, — а насчёт первого вопроса, — герцог сделал паузу, — я не разговариваю с маленькими лгуньями, я их наказываю.
— Ромео, начинайте, — произнесла леди Джейн. Кейдн начал, склонившись над книгой вместе с Авророй.
Ромео: Над шрамом шутит тот, кто не был ранен.
Но тише! Что за свет блеснул в окне?
О, там восток! Джульетта — это солнце.
Встань, солнце ясное, убей луну —
Завистницу: она и без того
Совсем больна, бледна от огорченья,
Что, ей служа, ты все ж ее прекрасней.
Не будь служанкою луны ревнивой!
Цвет девственных одежд зелено-бледный
Одни шуты лишь носят: брось его.
О, вот моя любовь, моя царица!
Ах, знай она, что это так!
Она заговорила? Нет, молчит.
Взор говорит. Я на него отвечу!
Я слишком дерзок: эта речь — не мне.
Прекраснейшие в небе две звезды,
Принуждены на время отлучиться,
Глазам ее свое моленье шлют —
Сиять за них, пока они вернутся.
Но будь ее глаза на небесах,
А звезды на ее лице останься, —
Затмил бы звезды блеск ее ланит,
Как свет дневной лампаду затмевает;
Глаза ж ее с небес струили б в воздух
Такие лучезарные потоки,
Что птицы бы запели, в ночь не веря.
Вот подперла рукой прекрасной щеку.
О, если бы я был ее перчаткой,
Чтобы коснуться мне ее щеки!
Закончил герцог свой монолог.
Джульетта: О, горе мне!
Злясь на Кейдена, она пнула его по ноге, благо что скатерти были до пола.
Ромео: Она сказала что-то. — Скривился от небольшой боли Кейдн.
О, говори, мой светозарный ангел!
Аврора вновь пнула его.
Ты надо мной сияешь в мраке ночи,
Как легкокрылый посланец небес
Пред изумленными глазами смертных,
Глядящих, головы закинув ввысь,
Как в медленных парит он облаках
И плавает по воздуху.
Джульетта: Ромео! — Произнесла девушка и почувствовала, как рука герцога опустилась на её бедро.
— В эту игру могут играть двое, — тихо шепнул он и потёр ушибленную ногу.
Ромео, о зачем же ты Ромео! — Продолжила Аврора и сглотнула комок в горле.
Покинь отца и отрекись навеки
От имени родного, а не хочешь —
Так поклянись, что любишь ты меня, —
И больше я не буду Капулетти. — Она скинула его руку и снова пнула его.
Ромео: Ждать мне еще иль сразу ей ответить? — С выражением понятным только Авроре произнёс он.
Его рука тут же опустилась на бедро девушки, нежно сжала его и начала потихоньку забираться под платье. Аврора нервно сглотнула и попыталась скинуть руку, но Кейдн не позволил ей сделать этого.