Вистлэнд приземлился точно на балкон, спрятал крылья. Холодно кивнул на захваченного вампира:
— Он?
Ран кивнул, чуть усилив захват, чтобы кровосос не расслаблялся.
Грандмастер перевел взгляд на второго вампира:
— Значит, ты и есть Алонсо? Веди нас к Сиру Тито Лассимбра.
— Вы нарушили периметр, — негромко предупредил Алонсо. — Наши безопасники…
Вист перебил:
— Ваша система безопасности сейчас под контролем моей Гильдии. Перекрыты все информационные каналы и порталы. Сенат уже поставлен в известность. Комиссия будет здесь к восходу дневной звезды. А пока нужно снять флер воздействия с твоего Сира.
Алонсо злобно ощерился:
— Я знал! Знал! Мой Сир в здравом уме не допустил бы всего этого! Идите за мной! Я проведу вас к моему Сиру!
Глава 20
Ни берега, ни дна -
Всё начинать сначала.
Би-2 «Полковнику никто не пишет»
Аня.
Корбут принес её домой, аккуратно высадил на взлетной и передал Картеру. А сам улетел.
Картер вздохнул, погладил Аню по голове, как котенка, отвел в Зону, вкусно и сытно накормил. Оборотень был заботлив и внимателен, но Аня все равно почувствовала, что мыслями он где-то далеко.
Она не выдержала, взяла его за руку:
— Картер, это еще не конец, да?
— Да, котёнок, — просто ответил он. — Благодарря тебе мы вскррыли огрромный гнойник. Но это не всё, ты пррава. Видящий встрревожен. А он не ошибается. Сейчас Вистлэнд и остальные дожимают Гнездо.
— А где Саша?
— Саша, вместе с дрругими девочками, Ярриком и Мэем, сегодня ночью ушли к ассам. Церрберр их отвел.
— А ты?
Картер мягко улыбнулся:
— А я дежуррный по дому. И мне доверрили самое ценное — тебя! Наелась? Пойдем, я отпрравлю тебя к твоим рродителям, на Сферру-3. Они ждут. Тебе нужно хоррошенько отдохнуть от всего.
— Картер, я могу к вам приходить? Со Сферы-3?
— Конечно, котенок! Мы тебе всегда ррады! Но сейчас тебе лучше быть подальше отсюда. Ничего, Вистлэнд рразберрётся, веррнём наших от ассов, вот тогда и прриходи! Рран тебе сделает постоянный допуск в дом.
Отец ждал прямо в центральной лаборатории, у «Рубежа». Видимо, предупредили заранее. Молча обнял Аню, крепко пожал руку Картеру, и повел её по широким светлым коридорам.
— Молодец, справилась, — скупо похвалил. — Мать изнервничалась, но её можно понять. Зато ребятам смогли помочь. И Ран слово сдержал, сберег тебя. Устала?
— Ага, очень, — Аня зевнула, крепче прижимаясь к отцу.
— Ничего, отоспишься. Квартира у тебя отдельная. Наша с матерью рядом, в одном блоке живём.
Зашли в полупрозрачный лифт, поднялись или спустились, Аня и не поняла. Накатывала усталость.
Когда вышли на нужном этаже, навстречу бросилась мама, обняла, всхлипнула, счастливо рассмеялась сквозь слёзы.
— Ну, Машунь, сырость не разводи, — добродушно проворчал отец. — Я же тебе говорил, всё с ней в порядке будет.
— Анюта, устала? Голодная? Идем к нам, я тебя покормлю!
— Мам, спасибо, но меня Картер уже обкормил всякими вкусняшками, досыта! Мне бы поспать…
— Маш, ну как Картер её голодную отпустит, ты что? Иди, дочь, отдыхай. Завтра поговорим. Вот твоя квартира. Ладонь приложи, я тебя в пользователи введу. Тут без ключей, иначе всё. Ничего, привыкнем. Там тебе Саша передала подарок, мать в ванной повесила. Найдешь. Ну, всё. Наша дверь следующая. Выспишься — приходи, будем ждать! Обговорим, как дальше жить.
Аня угукнула, еще раз обняла родителей и зашла в своё новое жильё.
Небольшая уютная прихожая, две комнаты, кухня, гардеробная, широкий балкон, туалет и ванная. Что ещё нужно? Подробный осмотр решила оставить на потом, сейчас хотелось поскорее добраться до кровати в спальне, тем более, она уже была застелена, значит, мама постаралась.
Вздохнула и поплелась в туалет, потом в душ. В ванной, на костяных плечиках, её уже ждала тонкая, изящная комбинация, сплошь эльфийские кружева. Вот он, подарок от Саши! Аня благодарно улыбнулась. С наслаждением вымылась, подсушила найденным феном волосы. Надела на себя это изящное великолепие, покрутилась у зеркала. Потом вышла, упала в кровать, зарылась в душистое белье с запахом луговых трав, сразу расслабилась и провалилась в глубокий сон.
Ей приснился Ран. Он улыбался, по-мальчишески озорно, весело и открыто. С неизменными ямочками на щеках! И щурил лукавые, ласковые глаза. Протягивал к ней руки, звал! И она бежала к нему навстречу, по широкому лугу, залитому солнечным светом! Только никак не могла добежать. А потом неожиданно Ран скривился, словно от сильной боли и простонал: