Она отрицательно мотает головой, стонет в мою руку, когда я начинаю двигаться, ускоряя темп, пока в ванной не раздается ритмичный звук шлепков наших тел. Я прижимаюсь к ее шее, вбиваясь все глубже, почти достигая своего предела.
— Черт, милая, как же я заслужил такую, как ты? — Хрипло шепчу ей на ухо, пока моя рука скользит между ее ног, нащупывая и лаская ее клитор. Я двигаюсь быстрее, сильнее, пока мы оба не теряем контроль. Сдерживая рык, я закрываю глаза, прежде чем кончить, чувствуя, как ее лоно сжимает меня, выдавливая каждую каплю.
Я убираю руку с ее рта, и она выпускает дрожащий вздох.
— Боже, — шепчет она, глядя в зеркало с ужасом. Ее волосы взъерошены, но не только ее внешний вид пострадал. Мои каштановые волосы торчат во все стороны, и она улыбается, увидев нас. — Они все поймут, — говорит она, начиная приглаживать мои волосы. — Не могу поверить, что мы сделали это в доме моих родителей.
— И будем продолжать, если они продолжат нас приглашать, — улыбаюсь я, обнимая ее крепче и прижимая к себе. — Пора вернуться. Мне нужно узнать, торт-мороженое хоть наполовину такой же вкусный, как твои губы.
— Да, пойдем, — она поднимает голову и одаривает меня нежной улыбкой. — Я люблю тебя, Риот. Рада, что столкнулась с тобой тогда в полицейском участке.
— Я тоже, милая.
ЭПИЛОГ
Саша
Девять лет спустя
Звонок раздался как раз в тот момент, когда я уложила близнецов на дневной сон. Показала жестом маме, чтобы присмотрела за ними, но она лишь кивнула, даже не отрывая взгляда от своих внуков. Я закатила глаза, выходя из комнаты. Никогда не перестану удивляться, как по-другому она ведет себя с внуками. Она все такая же холодная и расчетливая, как и всегда, но дети полностью ее покорили.
Когда я выхожу на деревянное крыльцо хижины, нежные лучи солнца согревают мою кожу. Вдали я вижу мужчин у озера с удочками в руках, поплавки покачиваются на воде. Ветер качает зеленые кроны деревьев, создавая успокаивающую мелодию из шуршащих листьев. Я на мгновение наслаждаюсь этим, прежде чем ответить на звонок.
Из динамика доносится знакомый испуганный голос.
— Мисс Саша, моя жизнь кончена! Меня посадят в тюрьму, — причитает молодой парень.
— Что? Джонни, успокойся и объясни, что случилось, — говорю я ему.
Джонни — подросток, который только начал обучение у моего мужа в мастерской клуба. Хотя он почти такого же роста, как Риот, он все еще ребенок. Он выразил заинтересованность присоединиться к мотоклубу, и Риот взял его под свое крыло, поэтому мысль о том, что у него могут быть неприятности, расстраивает меня.
— Я поговорил с Риотом, и он сказал, что мне могут дать лет шесть-десять. Он сказал, чтобы я позвонил вам, вдруг вы сможете как-то помочь. — Его голос дрожит, выдавая волнение.
Я сочувственно киваю, хотя он этого не видит.
— Конечно, Джонни, — говорю я, бросая взгляд на мужа. Он сидит у озера вместе с отцом и братьями, с пивом и удочками в руках. У меня подозрение, что они не столько рыбу ловят, сколько обсуждают политику. Кто бы мог подумать, что мой «преступник» окажется настолько хорош в этом деле, что даже мой отец и братья начали прислушиваться к его мнению.
Мы на отдыхе, а они все равно не могут отвлечься от разговоров о политике.
Но это не мешает мне восхищаться мужем. В джинсах и черной футболке Риот выделяется на фоне остальных. В нем есть эта дикая, грубая привлекательность, от которой кровь бурлит в венах. И сегодня не исключение.
Будто почувствовав мой взгляд, он оборачивается. Меня пробирает дрожь от одного взгляда, даже спустя все эти годы.
Господи, прошло уже девять лет. Мы с Риотом женаты девять лет, у нас трое детей: семилетняя девочка и трехлетние близнецы. И все равно… стоит ему взглянуть на меня, как я уже хочу снова быть беременной.
— Мисс Саша, вы все еще тут?
Черт.
— Да, Джонни, я здесь. Что случилось?
— Ну, понимаете, недавно купил себе мотоцикл, и вчера поехал кататься с ребятами. Выпил пару лишних шотов. Решил не садиться за руль пьяным, правильно?
— Правильное решение, Джонни, — отвечаю я, стараясь сосредоточиться на его словах, но взгляд прикован к мужу, который встает и направляется ко мне.
— Значит, оставил мотоцикл недалеко от бара, а сегодня понял, что припарковался на месте для инвалидов. На ветровике лежал штраф, но был дождь, и я не смог прочитать его. Я позвонил Риоту, а он сказал, что мне придется идти в суд и, скорее всего, меня посадят за нарушение.