Блять!
Эта девушка уничтожает меня. Она делает со мной то, чего никто и никогда не делал. Я понимаю, что держаться от нее подальше — уже невозможно. Я слишком глубоко в этом увяз.
— Ты нужна мне, — рычу я, срывая с нее шорты. Я тяжело дышу, когда вижу, что под ними ничего нет. — Ты сводишь меня с ума, детка. Не могу думать рядом с тобой.
— Я тоже не могу, — отвечает она, ее красивые изумрудные глаза ошеломленно смотрят на меня. — Я тоже хочу тебя.
— И ты меня получишь, — выдыхаю я, расстегивая джинсы и сжимая в руке свой пульсирующий член. Она начинает часто дышать, когда я прижимаю ее к стене и, используя колено, раздвигаю ее ноги, а затем направляю свой твердый член в киску. Она мокрая, киска практически капает от возбуждения, и, блядь, как же это заводит.
— Ты идеальна, милая. — Хрипло говорю я, целуя ее, подняв ее бедра на уровень своих, и начинаю входить в нее. — Надеюсь, в твоей квартире хорошая звукоизоляция, потому что я собираюсь так жестко оттрахать твою маленькую сладкую киску, что тебя услышат на соседней улице.
Она задыхается, когда я ввожу член в ее влажное тепло, и почти сразу же кончаю, когда тугие стенки смыкаются вокруг моего пульсирующего члена, как тиски, горячо пульсируя вокруг меня и увлекая меня к краю обрыва. Мне требуется каждая унция самоконтроля, чтобы не кончить.
— Блять, детка! — Прошипел я сквозь стиснутые зубы, уткнувшись в ее шею, пытаясь совладать с собой. Она была такой чертовски тугой, я удивляюсь, как не кончил сразу. Такая тугая и такая чертовски мокрая.
В отличие от прошлой ночи, я не колеблюсь и не останавливаюсь, когда начинаю входить в нее с яростью сумасшедшего, и, если судить по звукам, которые она издает, ей нравится каждая секунда.
— Да, да! — Кричит она, выгибаясь навстречу моим жестким толчкам, ее пальцы впиваются в мои плечи и разрывают комбинезон, пока я вжимаю ее в стену. Ее стоны становятся все более исступленными, когда я хватаю ее за левую ногу и поднимаю к своему бедру, проникая еще глубже. Внезапно мой скромный ангел стала смелой, запуская пальцы в мои волосы и сильно дергая их.
— Моя, — собственнически рычу я, продолжая двигаться с неистовой силой. Я вгоняю член в киску все быстрее и глубже, пока ее бедра не начинают дрожать от приближающегося оргазма.
— Я… так близко… — Она всхлипнула, дернув меня за волосы. — Я уже, Риот… О, Боже!
Я отпустил ее ногу, провел рукой вверх по ее соблазнительному телу, стянул с нее топ, оголив напряженные соски. Ткань порвалась, но мне было все равно, я тут же захватил один из ее сосков губами, жадно посасывая его. Это подтолкнуло ее к краю. Ее дыхание на миг задержалось, прежде чем тело охватил шторм.
Она выгнулась с криком, и ее тело содрогнулось, когда она кончила, а киска сжалась вокруг моего члена. Я продолжал яростно двигаться, даже когда она содрогалась в оргазме, царапая мне спину и плечи, но я тоже был на грани. Мои яйца болят от того, насколько сильно я близок, и я зарычал, сотрясаясь от мощного оргазма, заполняя ее до краев. Я продолжал двигаться, пока мы оба не оказались обессилены.
Ее нога сползла с моего бедра, голова упала мне на грудь, и я был уверен, что она слышала, как громко стучит мое сердце.
Мы стояли в тишине, пытаясь восстановить дыхание, пока она не нарушила ее.
— Ты в порядке? — Прошептала она.
— Вообще-то я должен спросить у тебя. Я появился без предупреждения и был немного груб…
— Нет, — она отстранилась, чтобы посмотреть мне в глаза. — Я не про секс. — Она покраснела, и это было довольно забавно, учитывая то, что только что между нами произошло.
— А про что тогда?
— Ты выглядел так, будто чем-то обеспокоен. — Ее глаза потемнели от волнения. — У тебя проблемы?
— Нет, — рассмеялся я, прижимаясь лбом к ее. — У меня нет проблем, милая, и, кроме того, я никогда не убегаю от них.
Это правда. Неприятности всегда были где-то рядом, но я никогда от них не уклонялся.
Несмотря на предупреждения Кэша, я не собираюсь убегать от Саши. Никогда в жизни я не чувствовал такой силы притяжения к кому-то, и не собираюсь терять ее.
Не ради Кэша. Не ради Steel Order. Ни за кого-либо.
Саша моя!
ГЛАВА 6
Саша
— Саш, мы собираемся пообедать в азиатском ресторанчике за углом. Говорят, у них лучшая лапша с овощами. Присоединишься?
Я поднимаю глаза от компьютера и вижу Ника с тремя другими стажерами у двери. Первый раз, когда меня приглашают пообедать вместе, и я улыбаюсь, закрывая файл.
— Конечно, с удовольствием, — отвечаю я, следуя за ними. Мы болтаем о всяком, пока спускаемся на лифте и выходим на улицу.
Быстро находим ресторан и усаживаемся за стол. Заказав еду, расслабляемся в ожидании.
— Ты ведь знаешь, я за твоего брата голосую только ради тебя, — неожиданно заявляет Карла, одна из стажеров.
Я краснею от такого дерзкого заявления и качаю головой.
— Нет-нет, не обязательно, — бормочу я. — Голосуй за того, кого считаешь достойным.
— Ну, он твой брат, ты лучше знаешь. По-моему, отличный губернатор из него выйдет, как думаешь?
Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не сказать, что на самом деле не так уж хорошо знаю брата. Он старше меня на пятнадцать лет и уже давно был в политике, когда я еще не понимала, что к чему. То же самое можно сказать и о других моих братьях. Казалось бы, хотя бы с одним из них я должна была бы сблизиться, но они все намного старше меня. Моя мама даже не ожидала снова забеременеть, а уж тем более родить девочку. Конечно, мои братья заботятся обо мне — абстрактно, когда бывают рядом, — но в детстве я их почти не видела. Все мои братья — карьеристы, полностью поглощенные семейной политической традицией.
Нет, я почти ничего не знаю о них — ни как о людях, ни как о политиках.
— Саша?
Я вдруг замечаю, что на меня смотрят четыре пары глаз. Приходится натянуть улыбку.
— Да, он потрясающий. Думаю, губернатор из него выйдет отличный.
— Приятно слышать.
Разговор сворачивает на другую тему, и я уже думаю, что на этом разговор о моей семье окончен, но тут снова один из них поднимает эту тему. Мы обсуждаем громкое уголовное дело, которое ведет наш офис, когда одна из девушек вдруг упоминает, что его можно было бы быстро закрыть, если бы удалось получить документы, которые не отдает прокуратура.
— Наш ведущий юрист уже ездил к ним, но ему сказали, что информация секретная и ее раскрытие помешает федеральному расследованию. Представляете?
— Да-да, я тоже слышала. Мы бы уже давно закрыли дело, если бы прокуратура не тянула. Саша, что думаешь?
Я, по глупости, думала, что смогу работать, не попадая в такие ситуации.
— Ну, мы можем подать ходатайство в суд, чтобы прокуратуру обязали предоставить документы, — пытаюсь я уйти от разговора.
Одна из девушек закатывает глаза.
— Но это может занять недели, даже месяцы. Твой отец ведь генеральный прокурор, да? Может, поговоришь с ним?
У меня пересыхает во рту, и по спине пробегает холодный пот. Я с детства поняла: если отказывать людям в услугах, симпатии точно не завоюешь. А я терпеть не могу неловкие ситуации…
Но есть такие просьбы, которые душат. Они хотят, чтобы я добыла секретную информацию по блату, а я… не могу. Это черта, которую я не перейду. Но слово «нет» застревает у меня в горле. Прежде чем меня накроет паника, телефон на столе вибрирует. Я хватаю его, как спасательный круг, и, едва извинившись, практически бегу в сторону ванной.
Отвечаю на звонок, даже не глядя на экран.