— Почему? — я удивленно посмотрела на него. — Если князь Монтери и Эльмина смогли пройти, то почему мы не можем? Арман ведь человек.
Элион отрицательно качнул головой.
— Эльми не чистый вампир, у нее кровь смешанная. Арман не чистый человек. Ты ведь знаешь, что Монтери наполовину дроу? Я — чистый Пьющий кровь, ты — чистый человек. Моя кровь станет для тебя настоящим ядом. Я же твою просто в рот взять не смогу, уже пробовал, ты помнишь. Так что этот ритуал не для нас. Просто поверь мне, любимая, я не предам. Ну и тебе не дам. Убью любого, с кем будешь флиртовать. Тебе зла не причиню, опять же физически не смогу, а вот любого посягнувшего… Впрочем, как и на твою честь, достоинство и жизнь. Ты — это я. Принимая мою любовь, ты признаешь нас единым. Все, что угрожает тебе, угрожает мне, а я угроз не прощаю.
Я задумчиво посмотрела на него. Меня в его словах все устраивало. Никого иного я не желала, поверить ему была готова. И так верила уже, как самой себе. Дело за малым, сбежать из горгульского королевства. Ох, скорей бы уже все закончилось.
До утра мы так и не сомкнули глаз. То разговаривая, то жарко целуясь, то просто молчали, прижимаясь друг к другу. Светлячки мягко мерцали в чашах цветов, которые к утру остались такими же свежими, как и вчера днем. Наши скакуны уже вернулись и дремали под стенами хрустального дворца. Причем, Буся имела морду смущенную, а Оз совершенно довольную жизнью. Правда, моя кобыла тоже явно ни на что не жаловалась.
Задремали лишь с зарей, уже вдвоем уместившись в гамаке, но проснулись, едва солнце позолотило землю, и светлячки — звездочки перестали источать свет. Элион осторожно освободил руку и встал, я протерла глаза и села в гамаке.
— Что случилось? — спросила я.
— Что-то не так, — ответил он и огляделся. — Дворец тает, смотри.
Я подняла голову и посмотрела вверх. От дворца остался только первый этаж. Вампир подал мне руку, и мы вышли на улицу и обернулись к нашему временному пристанищу. Чем выше всходило солнце, тем призрачней казались стены дворца, исчезали цветочные гирлянды. Элион обнял меня.
— Похоже, все, — сказал он. — Наше время здесь истекло. Жаль. Но ты все еще должна мне два дня.
— Лучше уж скорей к горгулам, чтобы еще быстрей от них сбежать, — улыбнулась я, прижимаясь щекой к твердой груди вампира. — А потом всю жизнь вместе.
— Только так, и никак иначе, — он приподнял мою голову за подбородок. — А детей я хочу двоих. Мальчика и девочка.
— Они будут людьми, — улыбнулась я.
— Они будут наши, — со значением ответил Элион.
Губы от бесконечных поцелуев уже припухли, но он вновь целовал меня, словно никак не мог насладиться мной. Неожиданно за спиной раздался заливистый смех, таких же хрустальных голосов, как и исчезающий дворец. Мы обернулись. На месте, где еще недавно возвышалось прозрачное здание, стояло большое зеркало, из которого на нас смотрели пять чудеснейших созданий. Они и смеялись так весело.
— Мрачного дня, — поздоровалась я, но создания продолжали хихикать, глядя куда-то мимо нас.
— Их здесь нет, — понял Элион. — Только отражение, которые феи оставили в зеркале. Подойдем ближе.
Я кивнула, и мы подошли к зеркалу, разглядывая пятерых фей. У них были узкие личики, большие глаза, остроконечные ушки, а кожа казалась почти прозрачной. За спинами виднелись прозрачные крылышки. В волосы были вплетены цветы, а вот одежды почти не скрывали их изящные тела. Я недовольно взглянула на вампира, но в его глазах было только любопытство и ничего больше.
— Привет, любовнички, надеюсь, эта ночь была жаркой и сладкой, — хихикнула фея с золотыми волосами, и вторая, у которой волосы имели фиолетовый цвет, шикнула на нее.
— Хватит, Селин, там могут быть и девственники.
— Девственники? — удивилась золотоволосая. — Такие бывают?
— Тс-с, — зашикали на нее остальные. — Удачи в Вечности, — поздоровались они. — Если вы смогли попасть сюда, значит, в ваших сердцах живет любовь.
— Если вам явился наш замок, — заговорила темноволосая фея, — значит, ваша любовь взаимна и желанна.
— Если вы слышите нас, — подхватила фея с зелеными волосами, — значит, ваша любовь только расцвела.
— А если и видите, — заговорила фея с ярко-рыжими волосами, — значит, ваша выбор сделан, и он верен.
— Иначе нас невозможно увидеть, — подмигнула Селин.
— Надеемся, вам понравилось у нас в гостях, — снова заговорила та, что прервала золотоволосую. — Желаем вечного счастья.