— Ого, — только и воскликнула я, когда зверь заскочил в грот и деловито тряхнул головой.
Элион опустил меня на каменный пол и спешился сам. Озвар встряхнулся, обрызгав нас, и издевательски заржал, слушая наши совместные ругательства. В грот задувал прохладный ветер, и я зябко поежилась. Вампир посмотрел на меня и достал шаль, швырнув ею в меня. Шаль попала мне в голову, и я задохнулась от возмущения.
— Ну, что у вас за манеры, лорд Одариан? — воскликнула я, кутаясь в шаль. — Можно же хоть раз, для разнообразия, вежливо подать.
— Можно, — покладисто кивнул вампир. — Но неинтересно.
— Грубиян, — фыркнула я и отошла к дальней стене грота, скрытой густой тенью.
Грот оказался вовсе немаленьким. Я с любопытством шарила рукой по стене, ощупывая ее шероховатости. Вампир рылся в дорожной суме, что-то отыскивая там. Я шагнула еще дальше в тень и почувствовала сквозняк. Хм… Любопытно. Руки уже более деловито заскользили по стене, стремясь найти щель, из которой тянуло прохладным воздухом. Какой-то камешек шевельнулся, проваливаясь в стену, и меня утянуло за повернувшийся каменный квадрат.
— Элион! — успела я взвизгнуть и полетела вниз с оглушительным визгом.
Полет был не таким уж долгим, а приземление не особо жестким. Я упала на мягкую студенистую массу, утопив в ней руки.
— Бе, фу, бр-р-р, — издавала я междометия, выбираясь из массы. — Гадость какая.
Почувствовав, что стою на твердом полу, я огляделась и издала восхищенное:
— О-о-о…
Стены каменной залы светились голубоватым светом, то разгоравшимся, то затухавшим. Из-за этого мерцания здесь было достаточно светло, и я сделала несколько неуверенных шагов от огромного желеобразного образования, с которого только что скатилась. Эта штука все еще колыхалась, и я снова издала брезгливое:
— Бе.
После остановилась и задрала голову, пытаясь понять, откуда я прилетела. И, если честно, очень надеялась увидеть спешившего мне на выручку телохранителя. Затем представила, какими эпитетами меня сейчас награждает Элион и поежилась, радуясь, что он там, а я здесь. Знать бы еще, где это здесь.
— Ау, — несмело произнесла я. — Здесь есть кто-нибудь?
Произнесла я это едва ли не шепотом, но залу огласило оглушительное эхо:
— Здесь, здесь, десь, с-с-сь.
— Кто это? — испуганно воскликнула я.
— Это- это. То! О-о-о, — словно издеваясь, ответило эхо, и мерцание стало на порядок стремительней и ярче.
— Мамочки, — прошептала я, приседая на корточки и обхватывая плечи руками. — Элион…
— Он, он, о-о-он, — услужливо подхватило эхо.
— Естественно, он, не она, — не удержалась я от ядовитого замечания.
— На-на-на, а-а-а, — радостно загалдело эхо.
— Тьма, — тихо выругалась я, и эхо отреагировало неожиданно:
— Не ругайся.
Так, что-то эхо у меня больно самостоятельное. Я встала на ноги и попыталась придать голосу твердости.
— А, ну, покажись, — потребовала я.
— Щас-с, — хамовато ответило эхо.
— Будьте так любезны, представьтесь, — сдерживая страх и раздражение, как можно вежливей, попросила я.
— Ладно, — ворчливо произнесло эхо, и зал огласил мелкий перестук шагов.
Ко мне деловито направлялся бес, только очень мелкий, едва ли достававший мне до колена. Впрочем, на беса это существо было похоже только копытами и рогами. В отличие от привычного мне рогатого народа, у существа была густая белоснежная шерстка, сейчас казавшаяся голубой из-за мерцавших стен. Имелся хвост с уморительной кисточкой и вместо носа забавно шевелился принюхивающийся пятачок.
— Вы кто? — спросила я, с любопытством рассматривая жителя Саргайских скал.
— А ты кто? — ответило вопросом на вопрос существо.
— Я княжна Пронежская, Лиора, — с достоинством ответила я.
— Хи-хи, — хихикнуло существо. — Лиора, тоже мне.
— Представьтесь, пожалуйста, — попросила я.
Мини-бес отошел от меня на несколько шагов, окинул оценивающим взглядом, немало возмутившим меня, а после, гордо вскинув голову и заложив ручки за спину, произнес:
— Водяной черт, приближенный к Повелительнице Озера, Семарий Полейкарт. Для своих — Сема. Так и быть, зови меня тоже Сема.
— Очень приятно, — я присела в реверансе. — Подскажите, пожалуйста, Сема, как мне выбраться наверх?
— А никак, — водяной черт забрался на белоснежный ледяной нарост на каменном полу и теперь болтал копытцами. — Теперь тебе дорога только к Ее Озерному Величеству. Только она обычно никого из своих чертогов не выпускает. Если ей сильно понравишься, то русалкой сделает.