Ярик побился лбом об руль. Легче, правда, не стало. Неужели все проблемы из-за того, что Барби ему нравится? Он вспомнил, как пытался ее нарисовать. И как злился, когда она говорила с ним противным «взрослым» голосом, подчеркивая разницу между студентом и преподавателем.
Может, вернуться? Если не поздно извиниться…
Нет, поздно. И стыдно. И вообще! Надо держаться от Барби подальше. Это временное помешательство. Она ему нравится, как модель — художнику. О, точно! Так он и…
В стекло кто-то стукнул. Ярик повернул голову и увидел Вадима. Кивнул ему, мол, садись.
— Сильно влетело? — поинтересовался Вадим, устроившись на переднем сидении.
Ярик вдруг понял, что об этом они с Барби как-то и не говорили. Ага, его злила еще и великодушная снисходительность. Ведь все поверили, что краску подсунул он. И Барби — первая!
— Вообще не влетело, — мрачно произнес Ярик. — Ты знаешь, кто это сделал?
— Девчонки уверены, что ты. Но я потрусил парней…
— Кто? — жестко спросил он.
— Гоша. Но, сам понимаешь…
— Да пофиг. — Ярик повел плечом. — Кажется, разборок не будет.
Если только кто-нибудь не капнет в деканат об отмене занятия и «карательной» проверочной работе.
— Яр, а чего она хотела? — Вадим заерзал на сидении. — О чем вы там говорили?
— О правилах латинского языка, — процедил Ярик. И добавил, намекая, что разговор ему неприятен: — Тебя подбросить куда? Мне надо ехать.
— А? Не, я на машине. Так, поддержать хотел, — улыбнулся Вадим. — Может, сигареткой угостить?
Закурить хотелось сильно, но не настолько, чтобы показаться слабаком.
— Я бросил, — с досадой произнес Ярик.
Он рванул с места, едва Вадим, попрощавшись, вышел из машины. Думал заехать в аптеку за пластырем или леденцами, но в итоге остановился у табачной лавки.
Даша прилежно сидела в аудитории до положенного часа. Все ждала, что «за ней придут». Молодежь нынче хлипкая на расправу: чуть что — бегут жаловаться. Даже смешно… Она сама два года как со студенческой скамьи, а такое впечатление, что между ней и нынешними первокурсниками — пропасть.
Даша вымыла доску и выбросила фальшивую губку — избавилась от улик. Проверила диктант, что студенты писали в начале занятия. У Белова, конечно же, опять белый лист. Может, у него личная неприязнь к латыни?
Нет, ерунда. Этот подростковый бунт из-за нее, из-за Даши. Ярик, видимо, не привык проигрывать. И потом… она заметила, как он на нее смотрит. Особенно, когда уверен, что Даша этого не видит.
Господи… Неужели, и правда, она ему нравится? Не было печали… Но это все объясняет: и ершистость, и перепады настроения, и желание перевернуть все с ног на голову. Лучшая защита — нападение!
Что ж ей так не везет… Даша еще от откровений Демона не отошла, а тут… Ярик. Он, конечно, привлекательный. Внешне. И характер подходящий. Такого пороть — одно удовольствие. Только об этом даже мечтать нельзя!
Во-первых, как ни крути, Ярик — ее ученик. Во-вторых, он сын таких родителей, что Даше лучше держаться от него подальше. В-третьих, он — не тематик.
Тьфу ты, блин! Еще не хватало малолеток совращать! О чем она вообще думает?!
На стоянке Дашу ждал еще один сюрприз — два спущенных колеса.
— Ох, Белов, доберусь я до твоей задницы! — проворчала она.
И сообразила, что опять Ярик — первый, на кого она подумала. Он же не настолько дебил, чтобы спускать колеса? Или настолько…
А если не он, то кто? Тот же, кто подсунул ей сегодня краску?
Проблему с колесами надо как-то решать. Домой Даша доберется и на метро. А дальше что? Вызывать эвакуатор и везти машину в шиномонтаж. Как назло, знакомый мастер в отпуске!
И вообще, был бы у нее мужчина, он бы этим и занимался!
Наверное…
Поколебавшись, Даша набрала номер Демона.
— Привет, Дашуль! — отозвался он бодро. — Соскучилась?
— Еще как, — вздохнула Даша. — Дим, мне помощь нужна.
Выслушав ее, Демон обрадовался.
— Скинь адрес, — попросил он. — Должна будешь.
— Само собой, — уныло согласилась она. Век рыцарей давно прошел. — Можно чуть позже? Как зарплату получу.
— Вот не знаю, ржать с тебя или обижаться, — пожаловался Демон. — Чего сразу о деньгах? А, Даш?
— В смысле? — удивилась она.
— Нда… У тебя опять неприятности?
— Почему «опять»? И да! Неприятности! — взвилась Даша. — Два спущенных колеса — это приятности, что ли?
Демон терпеливо дождался, пока она выговорится.
— Успокоилась? — ласково поинтересовался он, едва Даша замолчала.
— Нет!