— Стоп-слово?
— Да, все верно.
— И… телесные наказания?
— Не знаешь, что это такое?
— Вы будете меня… бить?
Ярику не верилось, что он обсуждает такое. Однако он испытывал отнюдь не негодование, а все то же любопытство. В голову ударил адреналин. Ярик и представить не мог, что такие игры его заинтересуют.
— Пороть, — сказала Барби. — Телесные наказания — это порка.
— Охренеть… — выдохнул Ярик. — Ой, прошу прощения.
— Ты боишься боли?
— Не знаю, — ответил он честно. — Наверное. Но… вы не боитесь?
— Чего? — Барби приподняла бровь. — Договор предусматривает все виды ответственности. И твое согласие освобождает меня…
— Нет, не этого. — Ярик покачал головой. — Я же… физически сильнее. Вы уверены, что я буду терпеть… порку? Что не сорвусь и не ударю в ответ? Ведь мы будем… наедине.
— Тебе нужен зачет, — напомнила она. — Так что ты будешь терпеть. Но… ты знаешь… — Она помолчала и продолжила: — Вообще, да, уверена. Можешь считать, что я глупая, но если ты согласишься на это… — Она показала пальцем на папку с договором. — То будешь терпеть и слушаться. Даже без зачета.
— Почему? — возмутился Ярик. — В ваших глазах я такой… слабый?
— Наоборот. — Барби прожгла его взглядом. — Ты наглец и эгоист. Но ты сильный. Только очень сильный мужчина может довериться женщине, передать ей контроль.
Блять! Она серьезно? Как интересно получается… Ему сказали, что он прирожденный раб, но при этом польстили так, что в груди разливается приятное тепло. Даже Ася не говорила ему таких слов.
«Только очень сильный мужчина…»
— Читай до конца, — велела Барби. — Я могу дать тебе время подумать, но договор останется у меня, пока ты его не подпишешь. Там приложение есть. Небольшое, но важное.
При всем желании Ярик не мог сказать, что посоветуется со своим юристом. Во-первых, никакого юриста у него нет. Во-вторых, текст действительно составлен просто и грамотно. Оговаривается и ответственность Барби, и ограничения, они же табу. Она четко прописала запрет на сексуальные домогательства, на публичные унижения. Ярик будет рабом только в пределах ее квартиры. И максимум, что ему грозит — это порка.
Он понял, что наказаний не избежать, когда открыл приложение. Ему предлагалось заполнить анкету, обозначив границы допустимых воздействий. Например, девайсы для порки: ремень, розги, плеть, трость, деревянная лопатка, скакалка, тоуз, флоггер (выбрать не менее трех).
— Что такое тоуз? — спросил Ярик, чувствуя, как кровь приливает к щекам и ушам.
— Широкий ремень, разрезанный посередине, — охотно пояснила Барби.
— И в чем разница с простым ремнем? — проворчал он. — В названии?
— В болевых ощущениях. Может, опробуем все перед тем, как ты выберешь?
Издевается! Вот же… госпожа Дана, чтоб ее! По глазам видно, что она мечтает взять в руки этот самый… тоуз…
— Ярослав, послушай. — Голос Барби звучал на удивление мягко, и Ярик поднял на нее удивленный взгляд. — Тебе необязательно соглашаться. Никто об этом не узнает.
— А зачет? — напомнил он.
— Придешь на пересдачу.
Может, и правда… Бежать, пока не поздно? Ну, вернется он в отчий дом… Зато никто не будет пороть его тоузом.
Зато на мозги будут капать. И контролировать каждый шаг. Нет, уж лучше добровольно передать контроль, перетерпеть боль… И жить отдельно от родителей.
— Я подпишу, — сказал Ярик, шалея от собственной смелости. — Но у меня есть два условия.
— Какие? — поинтересовалась Барби.
— Мне нужно время, чтобы подготовиться к пересдаче по анатомии.
— Я не собиралась мешать твоей учебе, — кивнула она.
— И… я хочу… — Он запнулся. — Я прошу, чтобы вы помогли с латынью. Разобраться с тем, что уже пройдено. Я могу заплатить за консультации.
— О, ты заплатишь, — улыбнулась она многообещающе. — Еще как заплатишь.
От ее слов по коже продрал мороз. Ярика передернуло, но он сделал вид, что не понял намека.
— Хотите еще кофе, госпожа Дана? — вежливо поинтересовался он.
— Нет, спасибо.
— Тогда, может, позволите сделать несколько снимков?
— Что? — удивилась она.
— Я просто покажу, хорошо? — Он встал и протянул ей руку. — Я доверюсь вам… как раб. Но прежде доверьтесь мне, всего на десять минут. Пожалуйста.
Барби хмыкнула, но все же позволила Ярику взять себя за руку.
— Хорошо, веди, — сказала она.
= 16 =
Довериться Ярику? Да она ненормальная!
Впрочем, после того, что Даша ему рассказала, ломаться из-за каких-то там снимков — глупо.