Милли осталась довольна. Она чувствовала, что слегка сбивает его с толку своим поведением, но это как раз то, что ей надо. Она надеялась продержать его в таком состоянии, пока не настанет время осуществить ее план.
В этот момент в дверях появилась Лора, и Лайонел поспешил встретить ее. Милли заметила, как бледна и печальна подруга, и сердце ее дрогнуло. Она уже сломала голову, стараясь придумать, как помочь Лоре найти хоть какой-нибудь выход.
Милли не совсем понимала, как Лора могла увлечься таким человеком, как Ник Орландо. Конечно, он красив, правда, для тех, кому нравится этот тип мужчин. Она уже успела заметить, что Ник умеет очаровывать женщин. Но ясно, что этим все его достоинства и исчерпываются, больше ничего положительного в нем нет. Мужчины, подобные Нику, думают только о себе и о своей собственной выгоде. Милли раскусила его сразу – ему нужна Лора с ее положением и деньгами, он не отступит и будет продолжать предъявлять свои права на нее. Понятно, эта ситуация измучила подругу, и нужно срочно предпринять что-то, пока она ее окончательно не сломила.
Лора улыбнулась Милли. Заметно, что она старается изо всех сил выглядеть веселой, но взгляд у нее потухший. Милли бросилась усаживать ее поудобнее на диванчике, а Лайонел налил Лоре стакан пунша. Они сидели и разговаривали, пока не появился Бенджи. Тогда Лайонел достал книгу «Дэвид Копперфилд» Чарлза Диккенса и стал читать ее. У них это недавно стало традицией – чтение вслух в узком кругу друзей. У Лайонела приличная библиотека, и он с удовольствием знакомил всех с прекрасной литературой. Читал он очень выразительно, хорошо поставленным голосом. Слушая его, они легко представляли все события, словно видели их на сцене. После трудного дня приятно расслабиться, прикрыть глаза и унестись мыслями в другой мир и другие времена.
Закончив главу, Лайонел вздохнул и поднялся со стула.
– Ну, пожалуй, пора спать. Завтра, как обычно, трудный день.
Бенджи тоже встал и вдруг зашелся в кашле, такие приступы у него бывали часто. Милли с Лорой взволнованно переглянулись.
– С тобой все в порядке, Бенджи? – поинтересовалась Лора, склонившись над ним.
Он поднял на нее глаза и слабо улыбнулся.
– Ничего, ничего, – сказал он. – Пора идти. Я провожу тебя до вагона, Лора.
Они вышли вдвоем, а Милли, провожая их взглядом, неожиданно почувствовала, как ее охватывает приятное возбуждение. Момент наступил – сейчас или никогда.
Вдалеке раздался раскат грома, и по крыше застучали редкие капли дождя. Вот удача! Это замечательный предлог, чтобы задержаться.
Она повернулась к Лайонелу.
– Кажется, пошел дождь, – сказала она. – Ты не против, если я останусь ненадолго? Гроза обычно быстро заканчивается.
Лайонел улыбнулся в ответ немного натянуто.
– Конечно, оставайся, Милли. Ты же знаешь, ты можешь быть здесь, сколько угодно.
В этот момент новый сильный раскат грома раздался прямо над головой, словно выстрелила пушка. Вагончик затрясся, и Милли поступила так, как обычно делают все женщины, – она бросилась Лайонелу на грудь.
Инстинктивно он обнял ее, и Милли прижалась к нему всем телом, дрожа от счастья. Она чувствовала, как сильно бьется его сердце, слышала его участившееся дыхание. Лайонел попытался отстраниться, но Милли не отпускала его.
– О, не уходи, Лайонел! – пробормотала она. – Я боюсь грома и грозы с детства. – Она подняла взгляд и посмотрела в его глаза. – Так грохочет, ужас. А вдруг вагончик развалится?
Лайонел не отрывал от нее взгляда, в глазах его светились странные огоньки. Он откашлялся, но заговорил все равно хриплым голосом.
– Да, здорово грохочет. Меня этот раскат тоже напугал, Милли.
Но не настолько, как она его пугает, подумала Милли, не разжимая объятий. Ей было ни капельки не стыдно от того, что она прикидывалась напуганной до смерти. Приходится прибегать и к таким уловкам! Она не боялась грозы, грома и молний, а делала то, что им обоим необходимо. Все бы произошло гораздо раньше, если бы Лайонел не сопротивлялся самому себе.
Тут, на ее счастье, гром загремел снова, и она опять прижалась к Лайонелу. На этот раз она почувствовала ответный трепет его сильного, мускулистого тела. Милли подняла голову, глядя беспомощно в его глубокие глаза. Губы ее приоткрыты, взгляд выражал всю ее любовь к нему. На этот раз она сказала чистую правду:
– О Лайонел! Мне так хорошо и спокойно, когда ты вот так держишь меня в своих объятиях. Как бы я хотела, чтобы ты никогда не отпускал меня!
Лайонел словно загипнотизированный смотрел на нее. Он стал медленно наклоняться к ней, вздохнул, словно наконец сдавшись, и прижался жадными губами к ее рту.
Раздался новый удар грома, но они не двинулись с места. Милли охватило такое блаженство, что она даже зажмурилась от счастья. Она почувствовала, как руки Лайонела скользнули по ее телу, сначала неуверенно касаясь, а потом страстно лаская ее плечи, грудь, спину, бедра…
Отпустив Милли лишь на мгновение, чтобы потушить свет, он потом схватил ее на руки и понес на кровать. Девушка чувствовала, как он раздевал ее. Неожиданная вспышка молнии осветила их в тот момент, когда они соединились в страстном объятии.
Наконец Милли познала любовь этого необычного, замечательного человека-льва.
Лора едва успела войти в дверь, как первые капли дождя застучали по крыше вагона. Она взглянула на Бенджи, который зашел вместе с ней. Он выглядел таким подавленным и несчастным, что она не посмела отправить сейчас его одного, как бы ни устала. Хотелось немного развеять его печали, хотя ей и самой-то было несладко.
– Я люблю дождь, – сказала она с улыбкой. – Теперь я хорошо засну. Чувствуешь, уже стало легче дышать? А завтра будет прохладнее.
Бенджи кивнул.
– Да, и пыль прибьет, – заметил он с серьезным видом.
– Не хочешь ли посидеть и выпить чего-нибудь, Бенджи? У меня есть хороший бренди. На ночь неплохо принять стаканчик.
– Большое спасибо, миссис Лора. С удовольствием. Лора зажгла свет. В этот момент раздался удар грома и сверкнула молния, озаряя за окном всю округу. Бенджи сел на стул, а она прошла к буфету, достала бутылку и налила по порции бренди в два стакана. Неожиданно из дверей раздался чей-то смех.
Лора вздрогнула, обернулась и увидела Ника. Он стоял, облокотившись о косяк двери, с красным лицом и выпученными глазами. Губы его кривились в усмешке. Даже на отдалении чувствовался сильный запах спиртного. Лора похолодела – этого она больше всего боялась. Она знала: когда Ник напивается, в нем словно просыпается зверь – он становится злобным, настойчивым, невменяемым. С тех пор как он появился в цирке, она не видела его пьяным, но сегодня он таки набрался основательно. Надо каким-то образом выгнать его. Лора слишком устала, чтобы остаток ночи ругаться с ним или, что еще хуже, пытаться отбиться от его приставаний.
– Ник! – воскликнула она. – Уже очень поздно. Не зайдешь ли в другой раз?
Ник захихикал, но совсем невесело, даже угрожающе.
– Да, поздно, ночь на дворе. Но, как я вижу, у тебя гости, Лора. В чем дело? Что, мистер Адамс не смог составить тебе компанию сегодня? Приходится довольствоваться кое-кем поменьше?
Он бесстыдно издевался, и Лора, взглянув на Бенджи, заметила, как тот весь напрягся.
– Бенджи – мой хороший друг, – ледяным тоном заявила она. – Он может заходить ко мне когда угодно. В отличие от тебя, мистер Орландо. Если ты не против, давай попрощаемся и иди к себе.
– О нет! Я против. – Ник ввалился в купе. – Очень даже против, миссис Орландо. Я пришел повидаться со своей красивой женушкой, а она меня выгоняет! Это как, по-твоему, выглядит, а? – Последний вопрос относился к Бенджи, для чего Ник даже наклонился к нему. – Я тебя спрашиваю, малыш. Разве так встречают мужа?
Бенджи побледнел и процедил сквозь зубы:
– Я считаю, что вам следует послушаться Лору, мистер Орландо. Это будет лучше для всех.
Ник покатился со смеху.
– О, ты так считаешь? Правда, крошка? Ты мне даешь совет? А если я не послушаюсь, что ты тогда сделаешь? Будешь бить меня по коленкам? Ой, боюсь! Просто дрожу от страха!