— И откуда ты только взялась такая?! — то ли спросил, то ли просто сказал он задумчиво, чуть наклонив голову набок.
И почему-то я знала в этот момент, что он даже не ждёт ответа от меня.
— Кажется, чего проще — взяла деньги, избавилась от ноши в ввиде маленьких детей. Живи и радуйся. Но, нет! Ты не ищешь легких путей, правда?! Ах, да! Как же я мог забыть, любовь к мальцам и всё в таком роде!
Всё это время своего разговора с самим собой, Сергей не отрывал взгляда от моих глаз. Смотрел очень пристально и в то же время складывалось впечатление, что он пытается найти в них ответы на свои вопросы, на которые я не отвечала.
Закончив свой монолог, он встал со словами:
— Так и хочется спросить отца, какого чёрта он подсунул мне тебя?! Или это он так и дальше продолжает издеваться надо мной?! Мало ему, что-ли, было засадить меня в тюрьму?!
Я смотрела с жалостью на него и понимала, что ещё рано. Он ещё не готов к тому, чтобы услышать от меня то, что просил передать ему дядя Вова. Да и говорить такое лучше тогда, когда он будет совершенно трезв.
Он замолчал, развернулся и направился на выход. Открывая дверь, замер, а потом повернул голову в мою сторону.
— Не хотелось бы… — задумчиво начал говорить он, но не закончил свою фразу.
Вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Я упала на кровать на спину, выдыхая с облегчением.
Пронесло, кажется! Вот только, что будет завтра? Когда он протрезвеет, и вполне возможно, вернется в своё состояние тихого бешенства, которое в большинстве случаев при наших встречах почему-то преобладает.
Глава 23
После обеда я предложила пацанам испечь печенье. Инна Викторовна, смеясь, согласилась предоставить нам для этого кухню с условием, что она лично будет контролировать весь процесс.
Я, правда, сразу предупредила её, что скорее всего кухня после наших постряпушек превратится в место, про которое можно будет смело сказать, что тут прошла третья мировая. На мои слова она только махнула рукой, заверяя, что для неё это не проблема.
Залезла в интернет и выбрала рецепт, переписала и мы дружно отправились во владения домработницы, чтобы навести там "порядок".
Я диктовала мальчикам, что именно нужно для выпечки. Инна Викторовна доставала нужные продукты из шкафчиков, в которых я до сих пор не могла запомнить что и где лежит, отмеряла и передавала пацанам, которые дружно всё это переносили на обеденный стол, на котором мы собирались готовить.
Когда всё было составлено на стол, близнецам были выделены миски, в которых они собирались замесить тесто. Они помыли руки, забрались на стулья и одновременно посмотрели на меня, ожидая в нетерпении, когда же я начну диктовать, что им делать.
Я рассказывала что и как добавлять, а Инна Викторовна крутилась между ними, помогая и направляя.
Где-то на середине этого процесса Ванька, который делал своё тесто чуть побыстрее чем Леша, стал докапываться до него.
— Лешка, да это легко! Надо быстрей рукой крутить и тогда всё смешается! — возмущался Ваня в сторону брата. Не выдержав того, что тот не обратил внимания на его слова, и продолжал так же медленно, высунув кончик языка, помешивать венчиком в своей чашке, соскочил со своего места и подошел к стулу Леши.
Я уже знала, что эта помощь Ваньки выльется в грандиозный скандал между ними.
Ничего страшного, конечно. Такие разборки, иногда переходящие даже в рукопашную, случались время от времени. Особенно когда они что — то мастерили или собирали из конструктора. Ванька был более быстрым, а Леша всё делал не спеша. Он сначала десять раз подумает, прикинет, подойдет ли одна деталь к другой, и только потом продолжит.
Раздражаясь от медлительности брата, Иван пытался помочь ему, даже не спрашивая разрешения. Лешка начинал отпихивать того, что ровно через десять секунд перерастало в рукопашный бой.
Выдержав минут пять, давая спустить обоим пар, я вмешивалась и разнимала их. Самое интересное, что дальше они всегда продолжали свои игры как ни в чем не бывало. Мирно, дружно и без криков.
И вот сейчас я видела, что приближается именно этот момент, когда начнутся пихания и разборки на кулаках. А так как возле них находилась мука, допустить потасовки между ними было опасно.
— Вань, не доставай брата, я тебя очень прошу! — взмолилась я, пытаясь вразумить мальчика, спешащего брату на помощь, как он думал.
— Свет! Ну надо же быстрей мешать этой штукой! А он слишком медленно это делает! — возмутился Ваня. — Мы так знаешь сколько времени будем ждать?!
Леша невозмутимо молчал и так же не торопясь, делал своё дело.