Сенина продолжила:
- Как ты поживаешь, Ник? Думаешь жениться? Детей собираешься заводить?
Голубые глаза старушки озорно сверкнули за очками. Чародей усмехнулся, почувствовав себя неуютно.
- Я еще не нашел свою одну единственную, – откликнулся он.
- А как же это? А такая миленькая брюнеточка, с которой ты постоянно ходишь? – всплеснула руками Глафира Ефимовна.
Одному Богу было известно, где и когда старушки умудрялись его видеть. Ник вот ни разу не встречал их за пределами клуба. Но не успел чародей ответить, как вклинилась Старикова.
- Да нет, она же замужем и с дитем ходит, – со всей уверенностью заявила она.
- Ну смотри, - Аксинья Степановна улыбалась золотыми зубами. – тебе все некогда, постоянно работаешь, а, между прочим, скоро уже кое-что другое работать не будет.
Подруги, даром что старушки, весело захихикали, а Глафира оживилась:
- Хочешь, я тебя со своей внучкой познакомлю? Иринка - девка хорошая ненамного младше тебя.
Чародей только весело закатил глаза, поглядев на свах.
- Для меня большая честь, что вы согласны вверить мне свою внучку, но давайте отойдем от обсуждения моей скромной персоны, –деликатно предложил он. - Так что с Нателлой? Поможете?
Женщины быстро приуныли.
- Было бы чем, – вздохнула Антонина Феофилактовна, – но ты спрашивай, что знаем - скажем.
Ник воодушевлённо выпрямился, став сразу на две головы выше собеседниц.
- Я правильно понимаю, что Нателла колдовала на заказ? – начал он с самого простого.
Троица синхронно кивнула.
- А она, э... какого рода были ее услуги? Создавала ли она... – как-то не хорошо было порочить имя покойницы, поэтому Ник никак не мог подобрать корректную формулировку.
- Ты имеешь ввиду, пользовалась ли она черной магией? – серьезно спросила Антонина Феофилактовна. – Пусть Нателла меня простит, но да. Сглазы, порчи, привороты. Бывало.
- Она утверждала, что по другим причинам к гадалкам редко ходят, а иначе ей совсем не прокормиться. – прибавила Аксинья Степановна.
Ник не сдержался и фыркнул. Старикова заметила его выпад и прищурилась.
- Знаете, что я скажу? Она давно уже ходила по лезвию ножа. – вдруг припечатала Антонина. – И Ник прекрасно понял, что я имею в виду.
А Ник правда понял, или, по крайней мере, думал, что понял. И размышлял сейчас, как бы его тоже не прибили за эти артефакты. А то может быть сотрудники Цербериата были меньшим из зол. Зато, похоже, благовоспитанная Грибанова не поняла подтекста и только сложила тонкие ручки перед собой.
- Ты имеешь ввиду, церберов? – озабоченно уточнила она. - Так они плюнули уже давно на такие мелочи. Можно подумать, у них без порч и сглазов Наташи мало работы.
Глафира Ефимовна всегда казалась Нику самой интеллигентной в компании пожилых дам.
- Да нет же. Просто Нателла уде давно связалась не с теми людьми, –почти не разжимая губ пояснила Антонина Феофилактовна.
- Что конкретно вы имеете в виду? – подался вперед чародей.
В душе мало по малу разгоралось воодушевление от осознания близости важного открытия.
Аксинья Степановна чуть смущённо покашляла.
- Не для кого в нашем магическом сообществе давно не секрет, что Наташка промышляла ростовщичеством, – заговорила она как бы между прочим, в это время выкладывая из позабытых фишек узор на столе. – К ней приходили и сдавали колдовские вещицы. Я была против даже этого, ибо же неизвестно, что ей приносит и кто? Вдруг это уголовники, или краденное вообще? Но это ладно. Тебе интересно, что я думаю? Началом ее конца стало братание с Сарматовым.
Ник недоуменно поднял брови, когда увидел, как горько покивала Грибанова, а Антонина Феофилактовна многозначительно прибавила:
- К тому же я слышала, что она связалась с какими-то сомнительными организациями…
- Подождите-подождите, давайте по порядку, – остановил их Ник. – Кто такой этот Сарматов?
- Аркадий Палыч, антиквар, – пояснила Аксинья Степановна. – Продажная шельма, которая строит из себя аристократа.