Пронзительный дверной звонок под ухом выдавил из Ника крик непроизвольного страха. Рывком обернувшись, он посмотрел в глазок и открыл дверь с облегченной улыбкой.
На пороге стояла Марта. Тонкие брови были сведены вместе хмурыми дугами.
- Привет. Я видела сейчас Верескова, выходящего из подъезда. Пришлось даже поздороваться, - она указала большим пальцем за спину. - Он случайно не от тебя?
- Откуда такие предположения? - голос чародея все еще звучал придушенно.
Марта вперила в него сердитый взгляд.
- Потому что не думаю, чтобы он вышел из ИП "Непоседы", специализирующегося на детских праздниках или из маникюрного салона "Адели" на втором этаже.
- Ну еще здесь есть ритуальное агентство, - иронично хмыкнул Ник, указав пальцем на этаж выше.
Громова сложила руки на груди.
- Ник, Вересков - начальник охраны Архангела и...
- Да расслабься ты, я его послал, - отмахнулся чародей. - Я что, похож на идиота, чтобы с ним связываться?
Напарница сегодня похоже не намерена была шутить. Она вообще выглядела ещё более взведенной чем обычно, похожая на пружину готовую в любой момент раскрутиться. Она продолжила все также серьезно:
- Исходя из твоих денежных трудностей...
Это звучало даже оскорбительно.
- Слава Богу, все не настолько плохо, – расширил глаза Ник. - Проходи.
Только тогда чародей понял, что они продолжают топтаться в дверях. Жестом руки он пригласил Марту внутрь и затворил за нею дверь, дополнительно подергав за ручку. Обсессивно-компульсивный синдром в действии.
- Слушай, а что там вообще слышно про Вяземского? - спросил Ник.
Громова обернулась к нему на ходу, так словно бы она была здесь боссом.
- О, это сейчас отдельная головная боль полиции, – проворчала она. - Он и его закадычный друг Страбонский делят портовые причалы. В начале они основали совместный бизнес, но летом Страбонский решил перейти из разряда компаньона в отдельные игроки. Теперь они, как при разводе, делят имущество.
- А я всегда думал, что это собственность государства, - насмешливо фыркнул чародей.
Марта ответила ему кривой усмешкой.
- Теневой бизнесс страшная вещь, - вздохнула она. - Но так или иначе, почти все уже поделили. Борьба сейчас ведется за один единственный причал, зато какой! К нему, если мне правильно известно, пристают суда с самыми дорогостоящими грузами.
- И на чьей стороне победа? – поинтересовался Ник.
- Конечно же на стороне твоего нового шефа, - съехидничала Громова.
- Эй!
- Ну ладно-ладно, - махнула рукой подруга. - Вяземский побеждает. Ребята из антикоррупционного отдела боятся, что, если бизнесмены они же бандиты, не придут к согласию, может начаться настоящая война.
- В этой ситуации меня больше всего веселит, что они лишь говорят об этом, но не предпринимают действий, - прыснул чародей.
Громова укоризненно посмотрела на него.
- Ты даже представить не можешь, насколько у них связаны руки. Я даже рада, что на этот раз не нас заставили заниматься этим делом.
- Пусть минет нас чаша сия… - протянул Ник задумчиво. Судорожный взгляд подруги, неумело скрываемый за показной бравадой беспокоил его все больше и больше. - Теперь ясно. А зачем ты пришла?
Вопрос попал в точку. Марта поджала губы, при этом вся напускная будничность слетела с ее лица.
- Если честно, я хотела показать тебе кое-что, - глаза ее вновь потемнели до цвета ртути в градуснике.
- И, дай угадаю, это не танцующие сосны? - хмыкнул чародей, припомнив местную достопримечательность Куршской косы.
Может быть ситуация и не располагала к смеху, но Громову нужно было подбодрить. Ник это чувствовал. А в случае Марты обычные слова участия не подходили. Та их просто не терпела.
- Нет конечно, - Марта слабо улыбнулась, с благодарностью посмотрев на него. - У нас трупы, море кровищи...