Он тормознул так резко, что чародей чуть не приложился головой о торпедо.
- Я должен быть уверен, что там на моих коллег не набросится какой-нибудь глиняный качок с татуированной башкой, – категорично заявил полицейский, поджав губы.
В глазах Кенезова сверкнула уверенность.
Осознание того, что Дейв прекрасный полицейский, пришло как никогда отчетливо. Кенезов до мозга костей был предан своим товарищам, работе, делу. Таких сейчас осталось совсем мало и, к сожалению, с ними часто случалось много плохих вещей.
- Ну так что? – выжидательно указал на дверь полицейский. – Ты вроде уже достаточно оклемался, чтобы пройтись самому.
Чародей задумался на мгновение. Перспектива вернуться домой и завалиться спать была заманчивей некуда, но…
- Куда ты без меня, пропадешь ведь, – усмехнулся Ник, откидываясь на спинку сиденья. – И как ты дверь квартиры откроешь, интересно? Поехали.
Дейв, ни слова не говоря, тронулся с места.
Чародей только начал расслабляться, убаюкиваемый мерным движением машины, когда та остановилась. Сарматов жил в старой многоэтажке, но от дома Нателлы эта отличалась тем, что была выполнена в пышном стиле сталинского ампира. Надо думать, этот дом был еще более старым, чем у колдуньи, но зато более красивым и изысканным. Барельефы и выдающиеся вперед эркеры придавали ему чинный и помпезный вид. Ник поймал себя на мысли, что очень легко представляет антиквара в своем смокинге, выходящим из этих дверей.
Квартира Аркадия Павловича оказалась на сакральном для многих евреев третьем этаже. Дейв и Ник вскарабкались по лестнице с разным успехом. Чародей еще с полминуты стоял на промежуточной лестничной площадке в ожидании, пока Кенезов преодолеет очередную ступенчатую вершину.
Наконец, они оказались перед дверью номер 12. Нехитрым пассом руки Ник отпер ее, повторяя успех в лавке.
- Я здесь останусь, – мотнул головой чародей на порог. – Только не трогай там ничего.
Если ситуация потребовала бы вмешательства, вопрос даже не встал, но пока была возможность, Ник предпочитал не соваться на территорию другого мага.
Кенезов осторожно шагнул внутрь, словно ему предложили пройтись по минному полю. Но ничего не произошло. Никакой другой монстр не вылетел на полицейского из темноты. Чародей перегнулся над порогом, но со своего места не увидел ничего особенного. Да в сущности он вообще почти ничего не видел в темноте, царящей в квартире антиквара. Старомодная мебель темных оттенков дерева и стены, выкрашенные в синий цвет, только делали помещение еще более холодным и темным. Кенезов крадучись скрылся за поворотом коридора.
- Ну? Что там? – нетерпеливо окликнул Дейва чародей.
Томительное мгновение ответа не было.
- Да ничего, - бросил, наконец, полицейский. – Ни одного подозрительного предмета.
Ну что ж, этого следовало ожидать. Сарматов оказался умнее Нателлы и не притаскивал артефакты домой, разграничивая понятия личного и рабочего пространства. Так даже и лучше, не за что будет корить себя. Справедливости ради, Ник постарался прогуляться своими чародейскими чувствами по квартире, насколько этого ему позволял порог, но не ощутил ничего магического, что могло быть опасно.
Дейв стал бродить по квартире, а для чародея эти мгновения растягивались на утомительные вечности. Он переминался с ноги на ногу под дверью, пока не спустился на пролет ниже. Там по одной из стен были развешаны почтовые ящики. Другая являлась окном с гигантским подоконником.
Ник выглянул наружу. Его почему-то опять охватило предчувствие беды и волнение. Узлы беспокойства вновь скрутились в животе. На улице, на вскидку, было спокойно. Редкие прохожие медленно шли по тротуару, машины поносились мимо, теряясь за ветками деревьев, солнце заходило и, кажется, ничто не могло породить тревогу.
Чтобы подавить волнение, чародей начал мерить шагами лестничную площадку. Взгляд совсем скоро уперся в пресловутые почтовые ящики. Скорее из праздного любопытства, чем из реального желания что-нибудь отыскать Ник приблизился к ним. Прильнув глазом к щели в ячейке с номером 12, он обнаружил два продолговатых конверта. Им не суждено было дождаться получателя. Заинтересованность подняла голову в душе чародея. Ник воровато оглянулся по сторонам и двинул по ящику локтем. Удар скорее был чисто символическим, потому что замок провернулся под воздействием отмыкающих чар. Просто при помощи жестов чародеям проще было направлять энергию. Один из конвертов оказался обыкновенной платежной квитанцией и чародей быстро сунул ее обратно. Зато второе, представляло собой настоящее письмо с марками и всем полагающимся. Ник нахмурился: так-так-так, очень интересно. Конечно, он знал о тайне частной переписки, но… вдруг это важно? Этим самым оправдывая себя чародей осторожно вскрыл конверт.