- А что случилось такого страшного, чтобы вызывать в Калининград столь маститых профессионалов? – спросил чародей.
Он и не рассчитывал на ответ, то скорее были мысли в слух. Что такого исключительного было в деле Нателлы? На душе делалось все поганее и поганее.
- Думаю, вы лучше сможете ответить на этот вопрос, мистер Фельсенбург, – невозмутимо откликнулся Сорциа, смахивая невидимую пылинку с рукава. – Вы удивительным образом побывали на каждом месте убийства, на рабочих местах и квартирах жертв. Скорее уж мне нужно заказывать у вас консультацию.
За счет того, что тон был ровным и без эмоциональным, прочитать его становилось невозможно. Вот комиссар говорил это серьезно или с усмешкой, несущей в себе, какой-то двоякий смысл?
- Как вы об этом узнали? – спросил чуть дрогнувшим голосом Ник. – И как нашли меня здесь?
Не то чтобы его заметающие чары были безупречны, но все же…
Сорциа прямо взглянул на чародея. Глаза мага приобретали какую-то притягательную краску в полумраке полов шляпы.
- Остаточные следы вашей магии. На каждом месте вы, так или иначе, колдовали, и мы взяли слепок вашей ауры, – пояснил он. – Должен отметить, что ваша попытка запутать следы была очень неплохой и, возможно, смогла бы задержать моих ребят минут на пятнадцать, но вы и здесь не удержались и заколдовали, – он развел руками.
Ник мрачно глядел на него, ощущая, как сердце гонгом бухает в груди все сильнее. Сорциа играл. Воплощал в жизнь какой-то хитроумный план-разоблачение, и чародей предпочёл обрубить петлю раньше, чем она затянется на его шее.
- Я вмешивался в следствие по двум причинам, - со всем достоинством, на которое был способен сказал Ник. - Во-первых, потому что меня официально пригласили к расследованию представители правоохранительных органов Земли. А во-вторых, из-за того, что я прекрасно знаю Устав Магикулума, по которому любой член магической ассоциации, пребывающий на Земле, в случае необходимости обязан изымать у людей волшебные предметы, дабы не подвергать и тех и других опасности. – Ник сам слышал к насколько высокопарному слогу свелась его речь. Верный признак удушающего страха. – Поэтому я рад встрече с вами, комиссар Сорциа. Мне нужно передать кое-что Цербериату, и как удачно, что я познакомился со следователем напрямую.
Он как мог лучисто улыбнулся. Но почти тут же улыбка сделалась искренней, когда Ник увидел, что лицо элитного мага на секунду исказилось от недоумения. Озадачить профессионала мирового класса, это тоже своего рода великое достижение. Но не прошло и секунды, как Сорциа вернул свою каменную маску на место.
- О каких предметах идет речь? - только и спросил комиссар.
- О закладах Натальи Кольцовой, – милостиво пояснил чародей.
Он был самой любезностью, а в глубине весь сжимался от страха. Ник умел строить прочные блокады из законов и истолкований двояких формулировок документов, но эта преграда станет стенкой из картона, если его противникам по-настоящему захочется прижать чародея к ногтю. Очень хотелось надеяться, что время для этого еще не наступило.
- Действительно, как удачно все сложилось для нас обоих. Вы также были следующим пунктом в нашем списке.
Собеседники обменялись фальшивыми улыбками. Такими их и застал Дейв. Он тяжело ссыпался с лестницы, придерживая плотный живот.
- Добрый вечер. Вы по какому вопросу? – спросил Кенезов, кинув на незнакомца подозрительный взгляд.
- Дейв, это ко мне, – тут же вмешался Ник.
Сорциа выдавил из себя улыбку - такую же теплую, как солнце в зимний день.
- Прошу прощения за беспокойство, я уже удаляюсь, – ответил он полицейскому. – Господин Фельсенбург, вы же пригласите меня в гости?
6 Глава. 2 Часть.
- Прямо сейчас? – опешил чародей.
- Да, знаете ли, мне нужно как можно скорее вернуться к моим коллегам, – в голосе комиссара за видимой благожелательностью прозвучал настоящий металл приказа. – Тем более, думаю, что вам, как порядочному гражданину, не терпится исполнить свой долг и вернуть собственность государству.