- Джозеф, ты зачем вообще приперся? - в бешенстве прошипел Ник. - Поставить свой дурацкий минус? Так ставь, и пошел вон отсюда!
И вот тогда взгляд Бахрея сделался по-настоящему злым. Еще бы, он привык командовать, повелевать и вряд ли многие позволяли себе разговаривать с ним в подобном тоне. Ник ощутил дурацкое удовлетворение, как и всякий пропащий, когда при полной уверенности в проигрыше, одерживает хоть и маленькую, но викторию.
- Не смей со мной так разговаривать, Фельсенбург, – прорычал Надзиратель. - Каторжник несчастный. Ты должен быть со мной более сговорчивым. В конце концов, я единственный, кто будет допущен к тебе в камеру, пока тебя не казнят. А тебя приговорят, Фельсенбург, будь уверен. Ты все думаешь, это шуточки? Не-е-ет. Речь не о дурацких минусах: сейчас стоит вопрос о заведении нового уголовного дела на тебя и полномасштабного разбирательства. Я пришел оповестить тебя, что сегодня состоится заседание Магикулума в полном составе. Я тоже приглашен туда, и буду ходатайствовать, чтобы на тебя обратили особое внимание. Лишь дело времени, когда твоя вина будет доказана.
Ник вздрогнул. Это не скрылось от внимания Джозефа, и он почти ласково улыбнулся. Ноги чародея ослабели, а тошнота разлилась в животе.
- Джозеф, услышь себя, о чем ты вообще говоришь! - воскликнул Ник, взмахнув рукой. - Я не убивал их! Да ты сам подумай, как бы я мог убить Сарматова, если в это время мы с тобой беседовали?
Счастье, что, хотя бы это немного сбило победоносную спесь с Джозефа. Тот несколько поубавил в своей браваде:
- Время смерти - дело относительное Фельсенбург. - произнес Надзиратель бесцветно. - Разница в полчаса-час незаметна для экспертизы. Я вообще, как думаю: наша с тобой беседа, окончательно вывела тебя из себя. Ты же ведь неуравновешенный совершенно. И ты сорвался на Сарматове, с которым как раз недавно поссорился. Этого ты отрицать не сможешь, весь зал был свидетелями этой сцены и твоя подружка Кольцова-младшая тоже.
- Бездоказательно, - мотнул головой Ник, но не мог отделаться от мысли, как складно выходит.
А ведь правда он был в непосредственной близости от места убийства в ту ночь, а это значит, что Магикулуму даже не слишком сильно придется тасовать факты, чтобы подогнать обвиняемого под преступление.
- Дай срок, - наигранно успокоил его Бахрей. - С Кольцовой, полагаю, приблизительно такая же история. Тебе нужны были деньги, ты пришел к ней. Дальше, вот уж не знаю: то ли она мало дала за хлам, что ты хотел заложить, и ты взбесился, то ли ты просто поссорился с ней, или решил, что ее заклады выгоднее будет перепродать самому… Не знаю, тебе виднее. Но только ты убил ее, а потом забрал с собой сундук с артефактами.
Ник раскрыл рот, но из него не исторглось ни звука, настолько его поразило услышанное.
- Но я взял сундук с утра! – уже был близок к визгу чародей.
- Кто это может подтвердить? - осклабился Джозеф и даже приблизился на шаг.
Вдруг Ник понял, что проиграл бой. Он не должен был ввязываться в перепалку, а теперь Джозеф ставит его в положение оправдывающегося, перехватывая стратегическую инициативу. Но делать было уже нечего.
- Полиция, которая собственно меня туда и пригласила.
Усмешка надзирателя была полна цинизма.
- Не подходит. Показания простых смертных не принимаются во внимание, помнишь? Ты же легко мог зачаровать их, изменить память, – Бахрей развел руками. - И кто это из нас бахвалился своим знанием права?
Чародей прицыкнул языком. Черт снова ошибка - надо, надо отдыхать. Он сам ощущал, как посыпался, и от этого вскипел еще сильнее.
- Да, и именно поэтому я добровольно отдал артефакты заезжим церберам. – прошипел чародей.
Получилось не слишком правдоподобно даже для себя.
- По правде говоря выбора у тебя особого не было, - хихикнул, все больше забавляясь Джозеф. - Тем более, надо еще проверить, точно ли все артефакты ты отдал. Да и ты не такой идиот. Сориентировался, что лучше прикрыться добросовестностью гражданина, угадал? Наверняка тебе это Циниастивс подсказала. Она со своим папашей постоянно спасали твою задницу.
- Не сме…
Ник только начал, когда Надзиратель взглянул на часы и выставил палец в предостерегающем жесте.
- У меня осталось мало времени до заседания Магикулума, а мне еще нужно сменить костюм, поэтому заканчиваю. Не знаю каким чудом тебя оправдали в тот раз. Наверное, Циниастивс-старший был действительно крайне убедителен в роли твоего адвоката, а может король просто сжалился при виде смазливого юнца на скамье обвиняемых. Но в этот раз тебе не помогут ни красивые глазки, ни острый язык. И твой бывший Надзиратель тоже.